Salin.Al.Ru
Биография
Публицистика
Беллетристика
Учебная литература
Наука
Фотоработы
ГЛАВА 9

ПОСТСОВЕТСКИЕ ТРАНСФОРМАЦИИ ДАЛЬНЕВОСТОЧНОЙ ЭКОНОМИКИ

АРГУМЕНТЫ И РЕЗУЛЬТАТЫ

Советская экономика, продемонстрировав как в нэповский, так и в колхозно-индустриальный период свои невиданные ранее в мире возможности, начиная с семидесятых годов затормозила развитие. От пятилетки к пятилетке темпы роста уменьшались, кривая подъема выполаживалась, и было ясно, что при сохранении тенденции она в конце концов перегнется через горизонталь, начнется сокращение производства.

Этим замедлением аргументировали смену общественно-политического курса "прорабы перестройки". Другим сильно действующим доводом был более низкий, чем на Западе, жизненный уровень советского народа. Сейчас, по прошествии целой эпохи, можно разобраться, в чем здесь состояло различие между словами и делами.

Итак, слова: необходимо к социалистическому механизму подключить ускоритель развития в виде личного материального интереса, обеспечить для конкуренции реальную возможность воздействия на хозяйственное развитие, дать экономическую свободу предприятиям, освободив их от связывающего по рукам и ногам государственного контроля. Это выдавалось за совершенствование социалистических методов хозяйствования. Поверить было нетрудно, так как в памяти еще хранился пример НЭПа, в самом деле спасшего страну от разрухи, а также совсем свежий эталон послемаоистского Китая, как раз в этот период демонстрировавшего миру практическую эффективность лозунга Дэн Сяо-пина: "Неважно, черная кошка или белая, лишь бы она мышей ловила". Или, не столь образно, - не имеет большого значения, капиталистические или социалистические методы, лишь бы они работали на пользу экономике, на пользу стране.

Дела были иными, но поначалу об истинных намерениях перестройщиков практически никто не догадывался, а потом, когда страна была поставлена перед свершившимся фактом, было уже поздно. Социально-политический курс горбачевско-ельцинской команды нельзя было назвать даже реставрацией капитализма, потому что настоящего, всеохватного капитализма и до революции в крестьянской России с ее общинно-социалистическим устройством не было. Капитализм в деревне принялся было строить П.А. Столыпин, чем и породил взрыв невиданной мощи, потрясший до основания весь мир.

"Реформаторам" пришлось начинать строительство капитализма с нулевого цикла, с расчистки площадки под фундамент. В СССР не было частного капитала и не было класса, заинтересованного в смене строя. Все это приходилось создавать заново, чтобы иметь надежную базу социальной поддержки реформ, причем создавать спешно, пока народ не понял, что происходит. Пример мгновенного накопления многомиллиардных капиталов дала Америка времен сухого закона. Именно этот закон породил неискоренимую, бессмертную мафию, с тридцатых годов сделавшую первый шаг к финансовому завоеванию мира. Так что М.С. Горбачев, начавший "борьбу с алкоголизмом", первооткрывателем не был. Далее последовало предоставление экономической свободы директорам предприятий; для провоцирования и облегчения воровства были созданы при заводах и фабриках кооперативы, заработал мощный канал по прямой перекачке государственных средств в карманы "экономически активного населения". Так были созданы главные элементы новой социальной системы - капиталы и капиталисты.

Процесс пошел, но его все же понадобилось интенсифицировать. Либерализация цен превратила в пыль все трудовые накопления огромной массы населения, сказочно обогатив ничтожное меньшинство, приватизация отдала в частные руки не только деньги - субстанцию, увы, искусственную и ненадежную! - но и совершенно реальные ценности: природные ресурсы, промышленные предприятия, транспорт и средства связи.

Главный аргумент, что частная инициатива оживит экономику и ускорит наше развитие, оказался не просто ложным, он изначально был лживым. Ни в какой сфере хозяйства, кроме торговли и услуг, ускорения не произошло. А там, где некоторое подобие улучшения наблюдалось, причины коренились в избавлении новых хозяев от старого бремени, в отказе от финансирования соцкультбыта и инфраструктуры, от капиталовложений в перспективное развитие.

И стало ясно, что Китай выбрал для себя совершенно иную модель общественного развития. В КНР не было разоблачения культа Мао и дискредитации его идей, не было отказа от руководящей роли компартии, государство сохранило за собой командные высоты в экономике и политике. Рычаги государственного управления в этот период даже укрепились. В.А. Коптюг в 1996 году приводил такие цифры: 60% составляет государственная собственность, 20% коллективная, 7% частная и 13% - собственность китайских предприятий с участием иностранного капитала [1]. Кстати сказать, во всем этом китайская линия конца XX века повторяла советскую линию НЭПа двадцатых годов. И ведь очень похожим был и "новый курс" Ф.Д. Рузвельта по преодолению обвального американского кризиса конца 20-х годов: он состоял не в ослаблении, а в усилении роли государства!

Вдумчивые экономисты заметили, что негативные последствия линии М.С. Горбачева выявились задолго до очевидного краха всей экономики. Владимир Александрович Корчмит, прошедший путь от главного экономиста и директора оленесовхоза до первого (по экономике) вице-губернатора Корякского автономного округа, пишет, что в XII пятилетке (1986-1990 гг.), которая была объявлена пятилеткой ускорения и перестройки, все объемы и показатели производства поползли вниз: "Хотя общественно-политический строй страны характеризовался как социалистический, в экономику стали внедряться новые, несвойственные социализму формы организации производства и его управления" [2].

По прошествии значительного времени стало окончательно ясно, что были выбраны самые противопоказанные России методы хозяйствования и принципы общественного устройства, но как к ним относиться нынче - как к трагической ошибке или как к осознанному курсу на уничтожение России?

Как излагает М.И. Леденев экономическую линию "прорабов перестройки", стратегия реформ должна базироваться на трех китах: либерализация (цены), стабилизация (контроль над инфляцией, государственными расходами; жесткая денежная политика), приватизация (ликвидация государственной собственности на предприятия и государственного контроля над экономикой). И даже в тех случаях, когда собственность оставалась формально государственной, предприятия зачастую передавались в "доверительное управление" некоторым лицам, которые, конечно, обращались с ними практически так же, как если бы эти предприятия были в их частной собственности.

Сейчас появляется все больше публикаций о том, что линия М.С. Горбачева и его преемников была уж очень не похожа на ошибку. Слишком уж систематически во всех судьбоносных ситуациях из всех возможных альтернатив выбиралась наихудшая. Самые последние по времени доказательства - введение частной собственности на землю и расчленение последних еще живых державообразующих структур - энергетики, транспорта и связи.

Профессор И.Я. Фроянов, исследовавший все перипетии нашей новейшей истории, доказывает документально, что процессом, запущенным при М.С. Горбачеве, управляли из-за океана [3]. Депутат Государственной думы двух созывов, председатель подкомитета по военно-промышленному комплексу Комитета по промышленности, строительству, транспорту и энергетике, лидер Движения политического центризма, профессор, доктор физико-математических наук С.С. Сулакшин публично обвиняет власти в государственной измене, совершенной с явным пониманием смысла и значимости своего деяния [4].

Теперь уже и наши американские "друзья" заявляют об этом предельно откровенно, даже цинично откровенно. Б. Клинтон, выступление на совещании начальников штабов, май 1997 года: "Последние десять лет политика в отношении СССР и его союзников убедительно доказывала правильность взятого курса на устранение одной из сильнейших держав мира, а также сильнейшего военного блока... Мы добились того, что собирался сделать президент Трумэн посредством атомной бомбы". "Трудно тут что-нибудь добавить", - комментирует И.Я. Фроянов. Разве что вспомнить, как российский президент однажды возгласил тост "за совместную российско-американскую революцию" [5]. Р. Никсон, президент США в 1969-1973 годах: "Гораздо выгоднее вложить доллар в пропаганду, чем десять долларов в создание новых видов вооружения" [6]. Дж. Бейкер, государственный секретарь США: "Мы истратили триллионы долларов за последние сорок лет, чтобы одержать победу в "холодной войне" против СССР. В итоге с великим народом сделано то, о чем мечтали его враги. Главное - нашлись предатели" [7].

И главнейших из них называет поименно А.А. Зиновьев, самый знаменитый, пожалуй, среди всех диссидентов, автор десятков антисоветских книг, опубликованных на Западе, человек, внесший самый весомый вклад в дискредитацию советского строя: "Есть у меня чувство вины и готовность принять наказание. Но при условии наказания людей, совершивших куда более тяжкие преступления. Таких как Солженицын, Сахаров, Горбачев, Ельцин. Беспрецедентные в истории предатели!" Такова оценка, публикуемая самым официальным из всех средств массовой информации страны - журналом "Российская Федерация сегодня", органом Федерального собрания, нашей высшей законодательной власти [8].

Катастрофа в российской экономике и произошла в точности так, как было запланировано заокеанскими творцами "перестройки". Конечно, ее проявления в различных регионах оказались разными.

Если Россия - самая суровая страна мира, а Дальний Восток - самый суровый регион России, то все беды от рыночных нововведений у нас и должны выражаться в самой высокой степени. Именно так оно и получилось.

Объемы производства в Хабаровском крае и Корякском автономном округе сократились к 1997-му году в четыре раза по сравнению с 1990-м (при общем спаде по стране немногим более чем вдвое), а в Еврейской автономной области - в семь раз [9]. Близкие экономические показатели и у других дальневосточных субъектов Федерации.

Загадкой остается относительное благополучие Якутии, уровень производства здесь в 1997 году составил 74,2% по сравнению с 1990 годом. Причина, я думаю, и здесь географическая. Единственная среди всех дальневосточных субъектов Федерации, Якутия закрыта от открытого рынка, она нигде не выходит к границе страны, и подавить ее импортом труднее, транспортные барьеры тут играют и некоторую защитную роль. Кроме того, уникальные природные богатства республики (алмазы, золото, нефть и газ) в пересчете на одного жителя намного более весомы, чем в прочих субъектах. Сыграл свою роль и малый объем обрабатывающих производств в Якутии, понесших везде на Дальнем Востоке во время перехода к рыночной экономике наибольшие потери. Наконец, не следует сбрасывать со счетов и субъективный фактор; по крайней мере, от якутских студентов в Хабаровске мне приходилось слышать много добрых слов в адрес президента М.Е. Николаева.

А вот какую оценку ставит "реформам" член-корреспондент РАН по отделению экономики, хабаровский губернатор В.И. Ишаев, самый опытный и самый авторитетный из дальневосточных региональных руководителей: "Приходится констатировать, что результатом десятилетия рыночных преобразований является существенное ухудшение геостратегических позиций России на Тихом океане. Конечно, сами по себе рыночные методы не при чем. Причина в том, что эти методы были навязаны экономике, которая не только не стала еще рыночной, но по существу не может функционировать как элемент национального хозяйства по рыночным критериям распределения ресурсов и ценообразования (курсив мой - Ю.С.)" [10].

В.И. Ишаев убежден - нет проблемы Дальнего Востока, есть проблема России на Дальнем Востоке! [11]. Но у Москвы другая позиция.

"Севера нам не нужны", - заявил Е.Т. Гайдар в бытность российским премьером. Но, по оценкам "реформаторов", нам вообще, как выяснялось раз за разом, не нужно то, не нужно это, обременительна одна сфера жизнедеятельности, разорительна другая... Некоторые страны обходятся вообще без академий, заявил Егор Тимурович в ответ на чрезмерные, по его мнению, запросы фундаментальной науки. На что один мой коллега отреагировал вполне однозначно, хотя и достаточно "дипломатично", - но некоторые страны обходятся вообще без Гайдаров!

Федеральная целевая программа экономического и социального развития Дальнего Востока и Забайкалья на 1996-2005 годы так излагает суть наших главных проблем: резкое снижение уровня финансирования из центра, прежде всего госзаказа на оборонную продукцию, низкая конкурентоспособность товаров местного производства, усугубляемая опережающим ростом энергетических и транспортных тарифов, стремительное изменение соотношений цен в российской экономике не в пользу продукции, производимой в регионе, многократное уменьшение уровня централизованных инвестиций, слабое развитие инфраструктуры [12].

И потому за последние пять лет (написано в 1996 году) продукция рыбопромышленного комплекса сократилась в два раза, а лесного - более чем в три раза.

Ввод в эксплуатацию жилья и объектов соцкультбыта сократился в среднем по региону более чем в два раза, при этом в ЕАО более чем в три раза, на Камчатке в пять раз, в Корякии в семь раз, на Чукотке в двадцать раз [13].

Но ведь главная причина всех наших нынешних региональных бед в том, что сейчас к Дальнему Востоку предъявляют совсем иные требования, чем были предусмотрены при его хозяйственном освоении! Дальний Восток - форпост России на тихоокеанских рубежах. И смысл его существования совсем не экономический. Вспомните, даже наш главный литературно-художественный журнал, нынешний "Дальний Восток", раньше назывался "На рубеже"! Ну кто будет требовать самоокупаемости, а то и прибылей, например, от Кронштадта или от Севастополя?

Да, производство у нас неконкурентоспособно, но оно и в принципе не может быть конкурентоспособным, на нем тяжелым грузом висит и дороговизна рабочей силы даже по сравнению с Центральной Россией (увы, надбавки!), и непропорционально высокие затраты на отопление и строительство, опять-таки даже в сравнении с Россией. Даже если учесть одни только энергетические затраты на единицу продукции, то и они сами по себе на Дальнем Востоке почти в три раза выше, чем в европейской части России [14].

Ну и что? Дальневосточная промышленность создавалась не по экономическим соображениям, а по политическим, даже - геополитическим. Почему же сейчас она оценивается с позиции экономики? Разве те цели, во имя которых обустраивался Дальний Восток, изменились? Наоборот. Они вышли на первый план, стали еще важнее, чем раньше, стали жизненно важными для страны. Если и раньше были опасности на нашем театре военных и предвоенных действий, то сейчас эти опасности стали просто смертельными! Так почему же в то время как мы решаем проблемы всей России, эта самая вся Россия мало того, что не помогает, она еще и мораль нам читает, работать, мол, не умеете? И москвичу непонятно, почему бастуют шахтеры Приморья или учителя Хабаровского края.

Всем царям от Николая I до Николая II, всем секретарям от Ленина и Сталина до Брежнева и Черненко было ясно, что на Востоке России можно только желать снижения убытков, но не слишком на это надеяться. В 1930 году в советской государственной программе развития региона единственной целью вообще провозглашалось создание экономической базы для армии и флота, далее эта цель стала хотя и не единственной, но осталась все же главной [15].

И даже если вынести за скобки оборонную и геополитическую роль Дальнего Востока, даже если брать отдельно экономический аспект, все равно оценки нашей хозяйственной ситуации должны быть иными, чем для прочих регионов. Да, регион не самодостаточен, но он обустраивался, чтобы поддержать самодостаточность единого хозяйственного организма страны. Чего не хватало России, и чем мог помочь наш регион в решении общероссийских экономических проблем? Стране нужно было золото, серебро, олово, вольфрам, рыба, лес, всего этого не было вовсе или было, но не в тех количествах, в других областях, и нам говорили, - вот это вы предоставьте, а насчет остального не беспокойтесь, мы вас обеспечим! Мы и не беспокоились, и с запада шли к нам станки, машины, металл, хлеб, мясо, удобрения, нефть и уголь, продукция легкой и химической промышленности, да и много чего еще. Регион имел не просто сырьевую специфику, а очень узкую сырьевую специфику.

"Отказ государства от компенсации объективных удорожаний затрат на энергетику, транспорт, заработную плату, инфраструктурное обустройство территории автоматически превратил продукцию дальневосточных производителей в неконкурентоспособную на внутреннем рынке России и стран СНГ. При этом официальной статистикой не учитывается тот факт, что многие предприятия, в силу катастрофического роста тарифов на энергию и транспортные услуги в 1992-1994 гг., не смогли выйти из кризиса позже, когда эти тарифы стали регулироваться государством. Воистину, (поезд ушел(... Ориентированные не на решение общественных и государственных стратегических задач, а на максимизацию отраслевой прибыли, транспортные тарифы по существу превратились в запретительный барьер для отраслей специализации. Экономика Дальнего Востока оказалась отрезанной от внутреннего рынка России и стран СНГ" [16].

Железнодорожные тарифы выросли настолько, что пробный завоз партии рыбопродукции с Камчатки на запад России через Панамский канал оказался дешевле, чем морем до Владивостока и далее по Транссибу.

"Удушающие налоги" у нас и в самом деле удушающие, или - самые удушающие. А иначе как поддерживать коммунальное хозяйство, собес, культуру, медицину и образование? Они же нам гораздо дороже обходятся, чем в теплых краях поближе к Уралу и тем более за Уралом. А объем капиталовложений в строительство сократился втрое за годы реформ, это в среднем, а по отдельным областям от двух до шести раз. Расходы больше, а доходы меньше, как выкрутиться? Да никак не выкрутишься. Нос вытащишь, хвост воткнешь...

Стоит лишь сложить воедино все факторы, отличающие нас от нашего же Запада (суровость климата, неосвоенность территории, перекосы в экономической структуре, дороговизна социальной сферы и рабочей силы, чрезмерные транспортные и энергетические расходы), результат сразу же будет плачевным: на одну и ту же сумму затрат (на 1 млн рублей) у нас производилось меньше, чем в среднем по стране, сборного железобетона в 1,6 раза, стеновых материалов в 1,7 раза, металлоконструкций в 4,5 раза. "Особенно отстает Дальний Восток по производству и использованию наиболее прогрессивных строительных материалов - стальных и алюминиевых конструкций, изделий из полимеров и др." [17].

Еще бы он не отставал! Если труд у нас более дорогой, чем у конкурентов, то при нерегулируемых рыночных отношениях мы будем по всей трудоемкой продукции непрерывно отставать и деградировать вплоть до полного одичания. И стоит ли принимать решения, требовать и настаивать, анализировать и недоумевать, почему же все у нас так ухудшается и ухудшается, - "невидимая рука рынка" об этом позаботилась заранее.

Города Амурск, Комсомольск, Эльбан строились вообще только ради военных заводов, и если оборонный заказ перестал финансироваться, то одно это уже означает смертный приговор всем названным промышленным центрам.

Какая же судьба ожидает наши богатейшие ресурсы? Об этом беспокоится академик А.А. Трофимук, самый знаменитый наш нефтяник. Недавно он отказался принять из рук господина президента орден "За заслуги перед Отечеством", поставив в вину Б.Н. Ельцину развал экономики страны.

Одним из пунктов обвинения нашего патриарха-нефтяника против нынешних правителей стала судьба месторождений сахалинского шельфа. Здесь доля иностранных инвесторов в расходах 23%, а в доходах 90% [18].

Кроме истощения наших недр, мы будем иметь еще и загрязнение водной среды (ибо никакая морская нефтедобыча невозможна без потерь и утечек), влекущее за собой уничтожение рыбы и других биологических ресурсов. Огромный ущерб потерпели наши воды и от сброса иностранными компаниями бурового раствора общим объемом порядка 30 000 тонн в Охотское море за время поисково-разведочных работ [19]. Иностранные же инвесторы будут иметь лишь прибыль.

По проекту "Сахалин-2", сообщает журнал "Экология и бизнес" (2001, №4), России будет принадлежать 6% добываемой нефти. Никто и нигде в мире так дешево свои недра не продает. Соглашение о разделе продукции регламентируется законами штата Нью-Йорк, споры рассматриваются в Стокгольме. Компании-учредители консорциума "Сахалин энерджи" зарегистрированы на Каймановых и Бермудских островах. И первичные документы наши иностранные партнеры отказались предоставить даже Счетной палате России.

Согласно договору, российская сторона будет получать свою долю углеводородов после достижения рентабельности в 17,5%. Первый этап проекта, добыча нефти с платформы "Моликпак", объявлен нерентабельным. Второй этап проекта, продажа сжиженного природного газа, пока под большим вопросом. За добытую в 2001 году нефть Сахалин получил 83 миллиона рублей, что составляет 1,8% бюджета области. На острове сохраняется задолженность по зарплате, стремительно растут цены на тепло, электричество, коммунальные услуги, товары первой необходимости. Две трети населения области заняты проблемой выживания, более половины находится ниже официального уровня бедности. Обычной практикой стали систематические веерные отключения света, тысячи людей зимуют в неотапливаемых "благоустроенных" квартирах.

В то же время американские специалисты получают на Сахалине по 25 тысяч долларов в месяц, что больше зарплаты американского президента [20].

Все нефтяные проекты, а также российские и зарубежные подрядчики нефтяных компаний, осваивающих шельф Сахалина, освобождены от налогов, отчего Сахалинская область потеряла уже 5 млрд долларов [21]. "Правительство вынуждено признать, что утратило всякую надежду на получение прибыли от действующих проектов по соглашению о разделе продукции", - сообщает В. Санько [22].

О присвоении баронами ренты в размере 8-10 млрд долларов в год я уже упоминал. На Аляске, экономику которой официально именуют рентной, нефтяные фирмы обеспечивают 80-85% бюджета штата. Ежегодные депозитные проценты от хранящегося в казначействе нефтяного фонда составляют по 1200-1500 долларов на каждого жителя [23]. На Сахалине же каждому ветерану начислено по 250 рублей, с которых еще и взыщут налоги [24].

Стоимость запасов нефти и газа, переданных по соглашению о разделе продукции (СРП) на Сахалине, около 80 млрд долларов (при нашем федеральном бюджете около 40 млрд долларов), а Тимано-Печорское месторождение, тоже переводимое на СРП, американцы оценивают в 4 триллиона долларов [25].

Ничуть не лучшая участь выпала на долю наших уникальных месторождений золота. Познакомьтесь с рефератом Юли Жаренцевой, первокурсницы Института культуры:

"На севере, проезжая 600 км от Магадана, есть небольшой и дружелюбный поселок под названием Омсукчан. Еще недавно это был процветающий, перспективный поселок, который собирались переименовать в городок, так как жило там более 10 000 населения. В настоящее время это серый, невзрачный, затухающий поселок. Какие же причины повлекли за собой такие последствия? Все очень просто - закрыли производство, и люди, у которых была возможность, поскорее поторопились уехать. Те, которые остались - это обреченные люди, ведь им некуда деваться, некуда ехать.

Еще в недавнем прошлом, когда я была ребенком, строились новая школа, новый стадион, новые дома. Работал завод, люди были дружными, оптимистичными, открытыми и веселыми. Там добывают золото. Вернее, добывали, потому что в настоящее время этот неисчерпаемый источник золота находится, к великому сожалению, в руках ненасытных американцев. А жителей нашего поселка используют как неуставающую рабочую силу.

На Кубаке теперь образовалась (Омолонская золотодобывающая компания(. Там слитками добывают золото. Омсукчанцы на сегодняшний день считают это злосчастное место самым престижным местом работы. Люди трудятся там, не покладая рук. Американцы выжимают из них все, что можно. Платят от 3 до 5 тысяч русскими рублями. Для них это гроши, для нас это много. Мне интересно, какой бы американец согласился работать так, за такую нищенскую плату? Конечно же никакой, ведь они не дураки. А что же получается, что русские люди - это дураки? Конечно, американцы считают нас дураками, ведь только дураки могут растранжиривать так такие неисчерпаемые источники природных ресурсов.

Насколько мне известно, люди там работают так: месяц работают, неделю-две отдыхают. А некоторые работают несколько месяцев, а приезжают отдыхать на одну-две недели. Работа там очень трудная, подтверждение тому то, что половина мужского населения, работающего на Кубаке, резко подорвали свое здоровье, осунулись и постарели. Был один случай - мужчина повесился. Не выдержал. Ему нужно было кормить семью, но работы в поселке не было, он с трудом устроился на Кубаку, но долго не выдержал, свести счеты с жизнью казалось для него единственным решением проблемы. Половина учителей по английскому языку ушли работать на Кубаку переводчиками. Детям в школе посокращали часы английского.

Положение поселка плачевное. Зато американцы уже давным-давно окупили ту мизерную плату за свою покупку. Я видела фотографии, мне их показывал знакомый, который работал на Кубаке. На этой фотографии изображен какой-то цех, где на полтора метра в высоту и метров наверное девять в ширину наставлены бруски чистого золота. Мне кажется, что это так много, что можно всю нашу страну вывести из кризиса. Неужели наше правительство убеждено, что, распродавая богатства нашей страны, оно выведет страну из этого состояния и поднимет экономику? На мой взгляд - это абсурд. Почему мы питаемся импортными товарами, которые просто-напросто засоряют наш организм? Неужели мы сами не можем прокормить себя? Почему на наши прилавки поступают отбросы импортного производства? Да потому, что им это выгодно. Конечно же наша страна стоит в ряду (козлов отпущения(, ведь сами мы ничего не можем производить. Так думают импортные производители, они наживаются на чужом несчастье.

А ведь Россия сама может обеспечить себя всем необходимым. Я согласна с тем, что для нормального развития экономики просто необходима внешняя торговля. Но ведь нужно импортировать такие товары, которые мы сами не можем производить. А продавать то, чего у нас много".

Если бы такая девочка оказалась во главе правительства, то наши богатства служили бы на пользу нашей Родине, а не иных стран.

Для справки - в 1997 году месторождение Кубака дало 8% общероссийской золотодобычи [26]. Добыча на участках здесь прекращалась компанией после того, как были выбраны гнезда с содержанием более 40-50 граммов металла на тонну руды, то есть в десять раз больше, чем принято во всем мире. При этом налогов на прибыль наши заокеанские друзья не платили, доказывая, что ведут работу себе в убыток. Экономили они не только на отчислениях в бюджет России и Магаданской области, но и на выплатах русским сотрудникам: зарплата специалиста высшей квалификации на подземных работах в условиях Крайнего Севера достигала максимум 500 долларов. Вдобавок ко всему, истощив гнезда с ураганными содержаниями, американцы потеряли интерес к продолжению работ, и теперь ищут, кому бы сбыть свою собственность в нашей стране.

За первый квартал 2003 года Омолонская золоторудная компания поставила на аффинажный завод 1 412 кг золота против 2 856 кг в первом квартале 2002 года. Нынче, сообщает Джеймс Салливан, генеральный директор Омсукчанской горно-геологической компании, ведется активная разведка месторождения "Купол", близкого по своим характеристикам к Кубаке. Предполагаемый объем добычи здесь может составить 15 тонн золота и 150 тонн серебра в год [27].

Возможная доходность России от леса не меньше, чем у Арабских Эмиратов от нефти, утверждает руководитель Рослесхоза В.А. Шубин [28]. Тем не менее после проведенной приватизации мы и в этой отрасли едва сводим концы с концами. "Преступный лесной бизнес напрямую угрожает национальной безопасности", - утверждает А. Алексеев [29]. Во многих районах Приморского края дуба и ясеня уже почти не осталось, в некоторых - всего на два-три года, максимум на пять лет. По оценкам специалистов, из Приморья уходит около половины бюджета края. Доходы от нелегально проданной древесины оседают за границей или в карманах представителей криминального бизнеса, не принося никакой пользы краю. Это ведет к безработице и к массовому обнищанию населения. Вырубка лесов влечет за собой изменение гидрорежима в крае. Приморье становится зоной рискованного земледелия. Паводки становятся все разрушительнее. Мы рискуем получить не только сплошные болота, но и безжизненную пустыню, как в северо-восточных провинциях Китая.

"В приграничных регионах люди с упорством маньяков поджигают леса. Зачем? Варварская логика: получить право на вырубку в горельниках намного проще и дешевле, нежели в лесах негорелых" [30].

Все бьют тревогу, только некоторые официальные деятели выражают оптимизм: "И наконец, в последнем десятилетии двадцатого века мы наблюдаем возвращение на позиции (правильного лесного хозяйства(..." [31]. Ну это, как говорится, с какой стороны посмотреть. Правда, если с закрытыми глазами...

"Только слепой не видит, какой беспредел творится на лесных делянах. Подделка сертификатов, незаконные порубки, банальное воровство - это сегодня реалии таежных районов", - пишет И. Андреев [32].

А вот пасторальное описание современного жизненного уклада одного из самых экономически активных лесопромышленных центров - Дальнереченска: "Под сенью ночи он оживает: распахиваются ворота многочисленных лесных складов, начинают работать краны, подъемники, и даже та лесная техника, которая днем казалась навек усопшей. Вся эта стальная армада знает свое дело, и, порой до самого рассвета, неустанно выгружает бесконечный поток подвозимого с лесосек свеженького леса. За полночь темп воровской жизни ускоряется настолько, что на дорогах образуются пробки, стоит только на несколько минут закрыть железнодорожный переезд, дабы открыть дорогу забитому бревнами поезду" [33].

В 1999 году через таможни юга Дальнего Востока было провезено в Китай вдвое больше древесины дуба и ясеня, чем выдано разрешений на рубку [34].

И вот вам научные лесопромышленные обобщения: "Рыночные преобразования и, как следствие, либерализация цен привели к значительному удорожанию основных факторов производства. С учетом железнодорожных тарифов это сделало дальневосточную рыбную и лесную продукцию неконкурентоспособной на западных рынках России. К этому добавилась низкая платежеспособность традиционных партнеров в странах СНГ. Снижение уровня жизни и общий экономический спад сократили региональный спрос". Зарегистрированные официальной статистикой объемы лесозаготовок в Хабаровском крае сократились с 1991 по 1999 гг. с 11,9 до 4,5 млн кубометров [35].

Если в советские времена четверть древесины шла в отходы на деляне, и это считалось показателем варварского уровня лесодобычи, то теперь пропадает на месте, захламляя тайгу, 35-40% исходного сырья [36]. "Лесной комплекс края в использовании лесных ресурсов вернулся в ту стадию, которая ликвидирована даже в бывших колониальных странах Юго-Восточной Азии и Центральной Африки" [37].

На бесконтрольном вывозе за рубеж выловленной в наших водах морской рыбы страна теряет в одном только тихоокеанском бассейне не менее миллиарда долларов каждый год.

Именно такой видит ситуацию главный природоохранный прокурор России: "Незаконную производственную деятельность по добыче различных видов морепродуктов в исключительной экономической зоне России в основном осуществляют Япония, США, Польша и Южная Корея. Растет число контрабандных сделок между членами российских и иностранных судовых команд непосредственно в районах промысла. Значительный ущерб государству причиняют российские промысловики, продавая морепродукты непосредственно иностранным приемщикам без уплаты таможенных пошлин и налогов. По некоторым экспертным оценкам, подобным образом за границу уходит за наличную валюту около 80% продукции, причем на 60-70% ниже реальной оптовой цены. Хищническое разграбление биоресурсов в исключительной экономической зоне России привело к тому, что цена на морепродукты за последние три года упала в Японии в 3 раза, а в Южной Корее - в 2 раза" [38].

К браконьерству международному добавляется браконьерство простонародное, внутреннее, потому что как выжить человеку, если экономика рухнула, предприятия стоят и заработков нет? Общий итог - браконьерство в России превышает официальный улов более чем в 10 раз [39]. И разве могут сохраниться рыбные запасы при таком беспощадном истреблении? Ежегодная научная сессия Магаданского отделения ТИНРО констатировала в 2001 году резкое сокращение запасов охотоморского минтая, но особое внимание привлекла информация, касающаяся запасов лосося, которым десять лет назад можно было закормить всю Колыму. Теперь уже никто не сомневается в том, что они иссякают. Как показали результаты многолетних исследований ученых ТИНРО, последние приемлемые показатели подхода рыбы датируются началом 90-х годов, после этого уже в 95-м эти цифры сократились почти в четыре раза, и тенденция эта сохраняется по сей день. Если еще пять лет назад специалисты института смело давали разрешение на вылов 12 тыс. т лосося, то на 2001 год максимальный объем улова не должен превышать и 2 тыс. [40].

То же и в Хабаровском крае: "В настоящее время осетровым и лососевым как виду грозит уничтожение" [41]. Сравнение результатов 1991 и 1999 гг. свидетельствует о том, что добыча морепродуктов в Хабаровском крае сократилась, опять-таки по официальным данным, с 370 до 179 тыс. т [42].

Обеспечивать своими невосполнимыми ресурсами всю "общечеловеческую" цивилизацию - для России безнадежный путь, ведущий в тупик. К счастью, не только нас беспокоит тенденция исчезновения экономических границ и объединения человечества во всеобщий базар. Антиглобалисты, набирающие все большую силу, не на бедном Юге появились. "Открытое экономическое пространство" будет для всех тягчайшей катастрофой!

Да и внутри самой цитадели Запада есть довольно близкие нам эталоны. Аляска - самый суровый штат США, и она давно стала "самым социалистическим штатом Америки", где роль государственного регулирования наиболее высока. Но ведь Россия - это и есть мировая Аляска, и потому по самому своему географическому положению должна быть самым социалистическим государством планеты! Но так как у нас все географические проблемы выражены намного острее, чем в "самом суровом" штате, то Россия и должна стать Аляской в квадрате. Тем не менее: "В настоящее время (1998 г.) доля государства в валовом внутреннем продукте России составляет 37,5%, что лишь немногим больше, чем в США, считающейся самой частнособственнической (35,4%). В Западной Европе эта доля в целом 43%, в том числе в Австрии 56%, Нидерландах, Дании, Финляндии 60%, в Швеции 67%. Наши реформаторы считают, что ее надо снизить не менее чем до 25%" [43]. Комментарии, как говорят в таких случаях, излишни.

Где же выход? Он прост. И не нужно быть первооткрывателем, чтобы его найти. Наш великий экономист Д.И. Менделеев говорил: "На словах фритредерство, на деле протекционизм". Фритредерство - от английского free trade - свободная торговля. И это, как выясняется, нормальная политика любого нормального правительства. О свободном рынке можно только говорить, но ни один здравомыслящий политик не будет распространять этой свободы за те пределы, за которыми рынок начинает разорять собственное хозяйство. У нас, в силу нашей географической специфики, торговый беспредел должен быть заключен в значительно более узкие рамки, чем в других странах. Вступление России в ВТО при сложившемся положении для нас - последний гвоздь в крышку гроба!

ПРОМЫШЛЕННОСТЬ, ТРАНСПОРТ И СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО

Наша экономика как дореволюционная российская, так и советская представляла собой целостный взаимосвязанный единый комплекс. И если бы государство перестало регулировать цены на перевозки, то связи между отдельными подсистемами могли бы нарушиться из-за дороговизны транспорта. Это понимали и принимали все руководители страны вплоть до начала "перестройки". При обсуждении проекта строительства Транссибирской магистрали председатель Совета министров Российской империи С.Ю. Витте выдвинул принцип: "Дорога не для коммерции, а для России". Реализация этого принципа обеспечивалась субсидиями правительства на поддержание единого тарифа на всем протяжении от Урала до Владивостока, что уравнивало экономические условия Востока России с европейскими районами страны [44]. Если в России за транспорт брать столько, сколько он стоит, говорил С.Ю. Витте, и не дотировать его за счет государства, то с Россией можно распрощаться, она распадется на отдельные княжества, потому что никто не выдержит таких транспортных расходов [45].

От многих интеллигентов, никогда не соприкасавшихся ни с каким производством, но внимательно следящих за всеми обзорно-аналитическими публикациями "наших" СМИ, мне часто приходилось слышать о том, что детали производили на Дальнем Востоке, везли их на запад страны, а потом в собранном виде все снова возвращалось к нам. Сколько лишних затрат!

Да, с точки зрения копеечной экономики это и в самом деле головотяпство. Часто заграница действительно оказывается ближе, и все необходимое она нам может предоставить по более низкой цене при более высоком качестве. Но жизненно необходимые связи в нашем хозяйственном организме при этом разрушатся. Например, если раньше, при головотяпстве и идиотизме, лишь немногим больше 10% дальневосточной продукции вывозилось на внешний рынок, а остальное обменивалось на внутреннем рынке, то теперь наоборот, 10% идет на внутрироссийский рынок, остальное - в страны АТР.

Но ведь хозяйственный организм Дальнего Востока становится при этом нежизнеспособным! Случись что, мы же окажемся беспомощными, мы ничего ни изготовить не сумеем, ни даже готовое отремонтировать не сможем! А ведь наши нынешние главные экономические партнеры - это и есть страны, предъявляющие территориальные претензии к России! Да и дело не только в этом. Даже если бы они и признавали все существующие на данный момент границы, нам все же следует быть более дальновидными - наши необъятные просторы пустеют на глазах, а рядышком, рукой подать, демографический взрыв вскорости разнесет вдребезги всю геополитическую структуру.

Так что транспорт нам нужен, тарифы должно поддерживать государство, интенсифицировать мы должны внутрироссийский товарообмен, а "интеграция в мировое сообщество" для нас плохо кончится. Доинтегрируемся до нуля. И так уже, слушая оптимистические заявления властей о начале стабилизации российской экономики, русский мужик тяжело вздыхает: "Пришел нашему хозяйству полный стабилизец!"

И энергетические тарифы тоже должно поддерживать государство. Если наше производство будет платить за электричество по мировым ценам, оно тотчас разорится. И население вымерзнет.

Увы, но дело движется именно к этому. С введением "свободных" рыночных отношений резко понизился технологический уровень нашей лесной промышленности, - если раньше на Дальнем Востоке производилась фанера, древесно-волокнистые и стружечные плиты, работали целлюлозно-бумажные комбинаты, то теперь...

Объем капиталовложений в лесную отрасль за 1990-1995 годы сократился в пять раз [46]. И продукция наиболее глубокой переработки леса понесла наибольшие потери. Производство пиломатериалов уменьшилось в Хабаровском крае к 2000 г. по сравнению с 1990 г. в 7,5 раз, ДВП в 13,4 раза, ДСП в 41,6 раза, шпал в 17 раз. Свернуто производство фанеры и целлюлозы [47].

И сколько угодно можно сотрясать воздух грозными указами и постановлениями, расписывать самые продуманные, прочувствованные и аргументированные проекты, бумагу зря расходовать, все равно деградация дальневосточной лесной промышленности в условиях открытого рынка неизбежна. Причем эта деградация будет идти более быстрыми темпами сравнительно с общим одичанием российского лесного хозяйства, и можно сразу же согласиться с этим, чуть только вспомнить про наши "удорожающие факторы", связанные с нашими природными условиями. Только кругляк! Так, в Хабаровском крае в 1999 году было переработано 12,5% заготовленной древесины против 38,0% в 1985 году [48]. К 2000 г. уровень переработки составил уже 9,5% [49].

И наша бедная легкая промышленность, она же обречена на полное уничтожение, где же ей тягаться с китайским ширпотребом!

А ведь она играла благородную роль обеспечения женской занятости в поголовно мужском регионе пионерного освоения. Куда нынче деваться девушкам, если они не согласны становиться "танцовщицами" в Японии и Южной Корее или белыми рабынями в азербайджанских комках?

И рыбная наша промышленность перестает производить любую продукцию. Только свежевыловленная рыба! Да и та здесь же в районе лова перепродается контрабандным образом на заграничные суда. Ржавеют корабли, изнашивается и ветшает береговая база, и скоро любые рыбопродукты мы вынуждены будем импортировать. Увы, снова "невидимая рука" из-за границы лезет в наш карман... А если присовокупить к этому результаты деятельности наших дорогих, самых дорогих, россиян - активных строителей капитализма?

"Так, к примеру, - пишет В.И. Ишаев, - стремительно прошла приватизация Базы океанического рыболовства. Казалось бы, все что угодно могло развалиться, но такое предприятие, как БОР, - никогда, ведь все для работы есть: у порога море с рыбой, у пирса суда, есть специалисты, есть неизменный спрос на продукцию. Но приватизация по-воровски разрушила все. Суда стояли без горючего, люди сидели на берегу в ожидании хоть какой-нибудь зарплаты...

Точно по такому же сценарию развивались события и на других крупных предприятиях: целлюлозно-картонном комбинате в Амурске, предприятии (Амурсталь(. Там руководители по-своему истолковали закон о приватизации, очень вольно его объясняли трудовым коллективам, а потом откровенно стали поправлять личное благосостояние, нисколько не заботясь о людях.

...Дело дошло до того, что под сокрушительную волну приватизации попали и оборонные стратегические предприятия. К примеру, сегодня государство владеет лишь двадцатью процентами акций Амурского судостроительного завода, предприятия, выпускающего атомные подводные ракетоносцы!" [50]. Впрочем, это, похоже, не противоречит нынешней доктрине государственной безопасности: предприятие НИИГрафит, разрабатывавшее уникальные летательные аппараты, нейтрализующие американскую противоракетную оборону, было акционировано, при этом 60% акций оказалось в руках американца, бывшего советника А.Б. Чубайса по его работе в Госкомимуществе [51].

Весь мир наблюдал по телевидению за конвульсиями замерзающего Приморья в зимы 2000 и 2001 года. Но ведь и тут все было ясно заранее - за пять лет дефицит энергетических углей в регионе возрос в 4,5 раза [52].

Социохозяйственный потенциал на Дальнем Востоке деградирует и примитивизируется, природопользование становится все более и более истощительным, извлечение запасов полезных ископаемых в 3-5 раз превышает их прирост, обеспечиваемый геолого-поисковыми и разведочными работами, пожары одного сезона уничтожают древесины больше, чем ее восстанавливается за 15 лет [53].

Жители Амурска могли бы радоваться - целлюлозно-картонный комбинат, самый злостный загрязнитель окружающей среды, остановил свою антиэкологическую деятельность! Как и почти все прочие предприятия. А где же работать населению, где зарабатывать на жизнь? И кто будет обеспечивать жилкомхоз и прочую социосферу?

Не закупает Министерство обороны "Черную акулу", лучший в мире боевой вертолет, и Су-27, самый совершенный истребитель. Выправляется, наконец, крен сверхвоенизированной дальневосточной экономики! А куда приложить усилия высококлассных технических специалистов, как трудоустроить многочисленные кадры? На это у военного ведомства нет средств. Но ведь это - не проблема дальневосточников! Зачем же перекладывать чужие трудности на наши плечи?

И перепрофилировать оборонные предприятий на выпуск гражданской продукции вряд ли получится. Даже не отягощенные иными проблемами предприятия тяжелой индустрии сами по себе у нас убыточны, а если их еще и переделывать, во сколько же раз возрастут расходы, а с ними и убыточность?

Очень выразительно пишет об этом В.И. Ишаев. Когда высший хозяйственный руководитель из Москвы Е.Т. Гайдар, объезжая с инспекторскими целями регионы, приехал к нам, хабаровский губернатор завез его в Комсомольск.

Там генеральный директор завода атомных подводных лодок Павел Сергеевич Белый устроил Е.Т. Гайдару настоящий экономический допрос с пристрастием, как ему в нынешних условиях выпускать гражданскую продукцию?

Не почувствовавший подвоха Е.Т. Гайдар ответил: "Очень просто. Берите деньги у заказчика и стройте". На что получил вполне резонный ответ: "Если у заказчика есть деньги, то он купит готовый сухогруз, а не станет его где-то заказывать и ждать окончания постройки пять лет". Вице-премьер понял, что все не так просто. "Тогда возьмите кредит в банке и стройте", - посоветовал он. П.С. Белый продолжал наступать: "В банке кредит выдают под двести пятьдесят процентов. Это значит, что я останусь без штанов, а сухогруз будет стоить столько, как будто корпус у него из чистого золота..."

И Е.Т. Гайдар, сообщает В.И. Ишаев, не нашелся, что ответить... [54].

Наименьшие потери сравнительно с другими отраслями понесло транспортно-дорожное строительство, хотя отрасль в целом резко сократила объем перевозок, например, за 1991-1997 гг. по г. Хабаровску было зарегистрировано падение в 5,1 раза [55]. Да иначе и быть не может при сокращении производства - возить стало почти нечего. Тем не менее строительство дорог продолжалось.

Федеральной программой на 1996-2005 гг. предусматривалась реконструкция мостового перехода через Амур у Хабаровска, завершение сооружения автодороги Чита - Хабаровск, строительство автодороги Якутск - Кюбюме (Колыма) и многих других. Эти проекты в значительной мере реализованы. Кроме того, в Хабаровском крае заканчивается постройка крайне необходимой как для местной экономики, так и по стратегическим соображениям дороги Лидога - Ванино, продолжаются работы на трассе Хабаровск - Находка, ведется нитка газопровода, обеспечивающего поставки сахалинского газа через Комсомольск к Хабаровску. В Федеральной программе выражена обеспокоенность относительно проекта свободной экономической зоны "Туманган": "Необходимо учесть, что проектируемая СЭЗ "Туманган" может оказаться невыгодной для России, так как прямой железнодорожный путь через Китай отвлечет с Транссиба транзитные контейнеры, перевозка которых дает до 25% валютных поступлений МПС" [56].

Не только столичные ведомства получают прибыли от выгодного географического положения Хабаровска. Обслуживание транзитных грузопотоков из Юго-Восточной Азии в Европу приносит неплохие дивиденды и хозяйству нашего региона, позволяют и нам решать какие-то проблемы, по крайней мере, транспортного строительства.

И воздушное наше пространство, в котором пересекаются Транссибирский (Европа - Япония) и Транстихоокеанский (Америка - Азия) потоки, позволяют нам зарабатывать на обслуживании восьми важнейших международных авиатрасс, на которых работают двадцать крупных авиакомпаний мира [57].

Энергетической политикой предусмотрены освоение нефтегазовых месторождений Сахалина и Якутии, строительство крупных угольных разрезов (Ургальский, Ерковецкий, Лучегорский), освоение мелких местных месторождений, ввод на полную мощность Бурейской ГЭС. Хорошие слова говорятся о развитии техноэкополиса КАС (Комсомольск - Амурск - Солнечный), реконструкции завода "Амурсталь", строительстве Удоканского горно-металлургического предприятия в Читинской области.

Конечно, всё это благие пожелания, гораздо менее реалистичные, чем трижды осмеянные советские пятилетние планы. Но особенно забавно звучат словесные композиции: "Стимулирование иностранных инвестиций в экономику Дальнего Востока предполагает прежде всего создание в регионе инвестиционного климата, не менее привлекательного, чем в соседних с регионом странах АТР" [58].

Для этого всего-навсего необходимо взять на себя компенсацию за наш климат, не в финансовом, а в географическом смысле, то есть за морозы и вечную мерзлоту, а также за наши гигантские расстояния и дороговизну рабочей силы (но тогда никакие прибыли от иностранного участия не компенсируют нам наших дополнительных расходов!); кроме того потребуется создать в регионе иной морально-психологический климат, потому что крутая братва, составившая ныне наш класс капиталистов, привыкла к тому, что деньги и криминал - понятия неразделимые, иначе бы не было на постсоветском пространстве и намека на предпринимательскую деятельность. "Здесь в последние 2 - 3 года невозможно стало работать: обман, коррупция, неплатежи, необязательность, преступность партнеров. Главный смысл они видят не в том, чтобы дать, а только взять. ...Для нормального бизнеса в России сегодня нет условий", - сетует иностранный бизнесмен [59]. Но неужели цивилизованному коммерсанту не пришла в голову простая мысль, из какой же среды у нас взялись бы в нереально короткие для честного обогащения сроки миллионеры и миллиардеры, как не из преступников?

В 1988 году за счет внутреннего производства мы удовлетворяли потребности населения в продуктах животноводства на 45-50%. Но если даже в южной части региона наши затраты на единицу продукции были в 2-2,5 раза выше, чем в среднем по стране [60], то с началом реформ рынок отрегулировал производственный процесс вполне закономерно и неотвратимо - производство мяса снизилось в 1994 году в 3 раза по сравнению с 1990 годом, молока - в 4 раза [61]. Та же картина и по другим сельскохозяйственным продуктам. Ну как может конкурировать русский огурец с китайским, которого на всех рынках Приамурья было (настоящий завал) по 80 копеек за килограмм!

Зарастают бурьяном наши пахотные угодья - золотые земли, если вспомнить, во что они обошлись! Посевные площади за шесть лет сократились на треть.

А сколько было растрачено эмоций в адрес колхозов как главных виновников неэффективности сельского хозяйства! Поделили все на доли и акции, и... все в твоих руках, все зависит от твоей работоспособности, предприимчивости, смелости! Много нашлось смелых и предприимчивых, в том числе и моих знакомых, геологов, да и прочие энтузиасты из города взялись за единоличное сельское хозяйство. Обожглись на этом порыве все; так и не появился у нас "средний" класс крепких хозяев. "Считалось, что (фермер накормит страну - долой колхозы и совхозы(. На деле все оказалось с точностью до наоборот, по крайней мере в оленеводстве" [62]. Увы, не только в оленеводстве. Нынче фермеры производят всего 2% от общего объема сельхозпродукции [63].

Вопреки всеобщим ожиданиям, даже урожайность на частных фермах оказалась меньшей, чем в хозяйствах других форм собственности. Урожайность зерновых в Российской Федерации в целом составляла 16,5 ц/га в 1997 году, в 1998 - 9,4; 1999 - 11,7; 2000 - 14,4. В крестьянских (фермерских) хозяйствах за те же годы 13,4; 7,5; 9,6; 11,9. Урожайность картофеля во всех категориях хозяйств, годы те же: 111,0 ц/га; 96,2; 96,3; 103,6. В крестьянских (фермерских) хозяйствах: 89,4; 81,6; 88,7; 89,8 [64].

Оленеводство же нынче всякое (и колхозное, и частное) стремительно уничтожается. Потому что пришла в тундру гораздо более жестокая, чем была у нас раньше, рыночная цивилизация. Пришла в Россию свобода деловых, очень деловых, абсолютно бесчеловечных отношений. Свобода торговать, воровать, свобода убивать людей и уничтожать народы.

И вот уже из десяти тысяч семисот голов оленепоголовья советских времен осталось в Паланском совхозе Корякского автономного округа к 1995 году три тысячи голов, а к 97-му, увы, всего тысяча пятьсот. К нам в ДВАГС (Дальневосточная академия государственной службы) постоянно приезжают на занятия студенты из всех мест Дальнего Востока, сообщают самые свежие, к тому же и самые достоверные, официальные новости - ведь многие заочники работают в местных органах власти. И если бы хоть эта цифра, полторы тысячи оленей, была последней! К 99-му году осталось на территории бывшего совхоза только восемьсот голов. Всего. Это значительно ниже критической массы. Значит, и эти восемьсот скоро исчезнут. Не лучше ситуация и в других хозяйствах.

Вот печальная статистика по Провиденскому району Чукотского автономного округа: 1990 год - двадцать одна тысяча триста семь оленей, 1994 - девять тысяч семьдесят один, 1998 - три тысячи одиннадцать.

"Не так давно, в годы (застоя(, - пишет А. Фесик, - стадо домашних оленей Магаданской области вместе с Чукоткой насчитывало полмиллиона голов. Сегодня никто, в том числе и зам. губернатора области по сельскому хозяйству Вячеслав Москвичев, не может даже приблизительно сказать, сколько же осталось оленей в магаданской тундре и лесотундре. Статистика определила все стадо области в 24 тыс. голов, из них 7 тыс. - личные олени" [65].

В 1999 г. поголовье оленей в Корякском автономном округе составило 21% от уровня 1985 г., производство мяса - 6% от уровня 1985 г. [66].

Что делать бывшим оленеводам без оленей? Только бутылки собирать в поселковых помойках. И мрут коряки как мухи, рассказывают мне друзья, приезжающие в гости с севера Камчатки. И вот уже из всех героев моей книги "Иная цивилизация", с которыми я общался вплоть до девяностого года, нынче, к двухтысячному, не осталось в живых и половины.

Да разве мрут только коряки? Подружился я с симпатичным студентом Хабаровского пединститута Колей Хукочаром, эвенком с Нижней Тунгуски. Поговорили о житье-бытье. При советской власти было у семьи Хукочаров сто оленей, несмотря на все запреты частной собственности. Нынче, когда никто никому ничего не запрещает, у семьи - двадцать оленей. Но я-то знаю, что этого катастрофически недостаточно для самого нищенского прозябания. Как же вы живете, спрашиваю. "А мы не живем, мы вымираем", - ответил Коля. С 1992 года на тысячу человек уменьшилась численность эвенков в Красноярском крае. Для народа с начальной численностью три тысячи пятьсот человек это даже не геноцид, это где-то на грани массового расстрела.

О том, как живут оленеводы без оленей, рассказывает первый вице-губернатор Корякского автономного округа В.А. Корчмит. Привожу фрагмент его выступления на Всероссийской конференции по социальной политике государства (Москва, 14 апреля 1997 года):

- На 1 января 1997 года население округа составляет всего 32 тыс. человек, хотя в 1990 году у нас проживало 42 тыс. человек, то есть за 7 лет население сократилось более чем на 10 тыс. человек. Вы спросите: "Почему?" А я вам отвечу: "В основном по причине смерти". Да, смерть идет по Корякскому автономному округу... Корякский автономный округ фактически вымирает, и это касается всех живущих на его территории, особенно жителей местной, коренной национальности - коряков, эвенов, чукчей, ительменов... Округ стоит на грани голодной смерти, населению из-за отсутствия зарплаты не на что покупать продукты. В школах, детских садах дети недоедают. Имеются случаи голодных обмороков. Еще более угрожающая обстановка сложилась в так называемых неполных семьях и семьях, где родители месяцами не получают зарплаты. Дети из таких семей попрошайничают или роются в пищевых отходах на помойках вместе с собаками. В результате одного ребенка из семьи коряков собаки загрызли до смерти. Обстановка в социальной сфере напряжена до предела [67].

И если в других отраслях сельского хозяйства ситуация лучше, то не намного.

Наконец, существует же и такое понятие как продовольственная безопасность. Предельно-критическим значением в мировой практике, создающим опасную зависимость страны, считается тридцатипроцентный уровень импорта в продуктах питания [68], у нас же в 1996 году импорт составил 65% в снабжении продовольствием [69].

Ну хорошо, будет кормить нас Япония, но ведь окончательно разорив наше собственное сельское хозяйство, она может и условия поставить - острова или продовольствие! Не отдадите Южные Курилы, вымрете с голоду!

Болезненный аспект взаимосвязи между экологией и экономикой, решающий для всей страны, но особенно острый для Дальнего Востока - импортная чума. Провинциальная наша специфика всегда заботила все наши власти во все века и при любом режиме.

"Искушение чужим хлебом" - так выразительно озаглавлена статья депутата Государственной думы (1911 год) от Дальнего Востока Спиридона Меркулова [70].

Смысл его беспокойства понятен: огромные дотации при открытых границах, при неограниченном ввозе китайских товаров и отсутствии ограничений на использование китайской рабочей силы означают прямые переводы русских казенных денег за рубеж.

А разве к началу XXI века что-то изменилось? Дотации Дальнему Востоку и сейчас огромны, и при наводнении рынка ножками Буша, при половодье фальшивого алкоголя, контролируемого усатыми "друзьями русского народа", при избытке китайского ширпотреба и овощей, при множестве китайских рабочих на нашей земле (хотя среди собственных рабочих свирепствует безработица) дотации Дальнему Востоку - это дотации Америке, Китаю и Кавказу. А русские заводы и фабрики, фермы и сельскохозяйственные комплексы будут стоять, и трудящиеся в поисках пропитания будут истреблять природу.

Стоит лишь взглянуть на любую витрину - в глазах рябит от ярких заграничных упаковок! Мало того, что это поддержка чужого производителя, это еще и уничтожение собственных сограждан недоброкачественной, вредной для здоровья продукцией. Ведь везут к нам худшие товары, не находящие спроса, залежавшиеся, а то и прямо запрещенные к продаже в "цивилизованных" странах. По данным Госторгинспекции, около половины импортных продуктов питания опасны для здоровья [71].

Значительная, если не большая, часть молочных продуктов в Хабаровском крае изготовляется, после уничтожения собственного дойного стада, из привозного новозеландского сухого молока. Похоже, там его изымают из стратегических запасов времен холодной войны. А дальше из этого исходного продукта на Комсомольском молокозаводе делают уже вполне отечественное масло, равно как и сметану, и цельное молоко, и кисломолочные продукты. Ну как же в этом разобраться неискушенному потребителю!

Как же справиться с импортной чумой? Нужны протекционистские меры, нужна защита собственного производителя. И - никакого равноправия между своими и чужими, настаивает Спиридон Меркулов:

"Закрытие ввоза маньчжурского зерна в край и замена промышленного китайского труда здесь русским уже в настоящее время потребовали бы на 14 миллионов пудов хлеба больше, чем его производит пока местное крестьянство. Повышение местного земледелия на такую сумму создаст у населения края новые покупные средства и потребности. Они вызовут, со своей стороны, развитие местной промышленности. Развитие последней увеличит количество рук, занятых в ней, а стало быть, и потребителей сельскохозяйственных продуктов. Это опять потребует расширения сельского хозяйства. И так далее, одно звено в хозяйственной жизни края будет скрепляться с другим и вызывать третье.

Само собою разумеется, закрытие ввоза маньчжурского хлеба должно произойти не сразу... Для этого достаточно обложить пошлиной ввозимые в край продукты сельского хозяйства из Маньчжурии до размера, который повысит их цену до возможности местному сельскому хозяйству успешно с ними конкурировать" [72].

А если продолжать политику "открытых дверей", продолжает автор статьи, то "дело сведется к снабжению края хлебом из Западной Сибири или Маньчжурии, китайцами-рабочими для промышленной обработки богатств края из Китая и денежными средствами из Европейской России". А что будут делать здесь русские земледельцы, ремесленники и рабочие? Ничего. Они окажутся в Приамурье лишними людьми и будут вынуждены уехать. А ведь "...природа не терпит пустоты", - предостерегает Спиридон Меркулов, особенно когда рядом расположены страны с огромным избытком населения.

Мыслящий дальневосточный хозяйственник аргументирует свою позицию примером Германии: "До 1887 г. Германия была крупным потребителем русского хлеба. С 1887 г., желая поддержать собственное производство хлеба, она облагает заграничной пошлиной, которую доводит до 47 к. за пуд ржи и пшеницы и до 1 р. 27 к. за пуд крупы, пшена и муки. Благодаря вызванному этим повышению цен на хлеб, земледелие становится выгодным и делает в своем развитии быстрый скачок вперед. Оно начинает привлекать к себе все больше и больше энергию и капиталы населения. Быстро повышается интенсивность земледелия. Результаты: в то время как до 1887 г. десятина не давала более 70 пудов, в 1908 году она стала давать до 150 пудов. Германский хлеб, которого не хватало для потребностей рынка и который не мог конкурировать с привозным хлебом, появляется уже в последние годы в Финляндии, Либаве, Ревеле, Риге, Архангельске" [73].

Ну до чего же все просто, мудро и актуально в словах, сказанных сто лет тому назад! Огромная опасность - искушение чужим хлебом! Все в этой емкой формуле остается истиной в последней инстанции и до наших дней. Ведь ту же протекционистскую политику ведут и наши соседи, добившиеся наибольших успехов в экономике - Китай, Южная Корея; там на прилавках редко увидишь заграничную продукцию, к тому же и стоимость ее гораздо выше, так как ввоз готовых товаров облагается значительной пошлиной.

На недавнем заседании губернаторской Ассоциации краев и областей Дальнего Востока и Забайкалья глава администрации Амурской области призывал: "Освободите нашего производителя от подавления импортом, и мы обеспечим регион растительным маслом и многими прочими сельскохозяйственными продуктами!" То же говорил и руководитель Бурятии о снабжении мясом, другие высокопоставленные наши местные деятели, которых после этого мне просто не захотелось называть чиновниками. Я видел - это настоящие руководители, которые душой болеют за доверенное им дело и за доверившихся им людей.

А наш В.И. Ишаев? Обращаясь к первому вице-премьеру, он растолковывал ему: "Ведь если своей жене не выделять дотации, она может и другого спонсора себе найти!"

Вы думаете, заместитель председателя совета министров что-нибудь понял? Да он со всеми прочими московскими воротилами, начальниками отделов Минфина и Минэкономики, даже не услышал. "Работать не умеете! - обличал он голосом автоответчика. - Все должны быть поставлены в равное положение, и рынок сам покажет, кто сумел реализовать себя в новых экономических условиях, а кто оказался нежизнеспособным!"

Это Дальний Восток-то в равные условия? Да он никогда не был и не мог быть экономически самостоятельным и самоокупаемым. Во все времена он жил только на дотации. В начале XX века дотации Дальнему Востоку, за вычетом расходов на русско-японскую войну, Квантунскую область, Китайскую восточную железную дорогу и на нужды армии, составляли по 50 миллионов рублей в год в твердой валюте, это были царские рубли, по наполнению реальным продуктом во много раз более весомые, чем нынешние доллары или фунты! Всего Приамурье за все время существования вплоть до 1910 года принесло казне дефицита в 850 миллионов рублей [74].

"Без казенных денег, при создавшихся здесь условиях, русскому населению делать здесь нечего" [75].

И при советской власти государственная поддержка Дальнему Востоку не уменьшилась. Страной правили деятели с государственным умом!

Никому и в голову не приходило приравнивать производство на Дальнем Востоке к производству в центре или в промышленных узлах Урала и Сибири. Огромная удаленность от базы снабжения, разбросанность самих предприятий по региону, превышающему своими размерами всю Европу, зависимость от поставок со стороны, слабо развитая инфраструктура, гораздо более высокая стоимость жизни на нашем Дальнем Востоке и соответственно более высокая зарплата за ту же работу (вспомним наши "коэффициенты"!) - все это обрекало наше производство на вечную неконкуренто-способность.

И потому государственная поддержка собственному дальневосточному производству будет всегда означать поддержку и населению, и природе Дальнего Востока!

ТРУДОВОЙ ПОТЕНЦИАЛ

Идея, положенная в качестве базовой в формирование ВТО (Всемирного торгового объединения), с точки зрения интересов целого - замысел очевидно бесспорный. Для планеты, для человечества действительно целесообразно, чтобы производство размещалось в наиболее оптимальных местах земного шара, где издержки будут минимальными, экономическая эффективность максимальной. Но в России с этой точки зрения вообще никакое производство не будет целесообразным, так как оно, по нашим суровым условиям, будет неискоренимо убыточным. И если на нашей территории не должно быть производства, то во имя чего предусматривать потребление? И окончательный, логически неопровержимый вывод - ни производителей, ни потребителей здесь быть не должно. А как этого результата, оптимального с точки зрения целого, добиться? Атомную бомбу, что ли, сбросить на эту страну? Не гуманно вроде бы, и не всеми будет понято...

Да нет же, с точки зрения современных социальных технологий вопрос решается гораздо проще, убедительнее и экономнее. Чего там еще на бомбу тратиться! Надо занести в социальный организм народа, уготованного к устранению с лица земли, вирус саморазрушения, и тогда все будет делаться действительно как бы само собой. Для этого вполне достаточно сделать экономику, корыстные устремления ("Бесплатный только сыр в мышеловке...") единственным основанием социологии и социальной психологии.

Да если бы эти соображения касались только России! С точки зрения целого, нецелесообразно размещать ни производство, ни потребление ни в Африке, ни в Латинской Америке, ни на большей части Азии, по другим, правда, соображениям, чем в России, - по историческим, социально-культурным (менталитет не тот, не производительно-потребительный, не рыночный), инфраструктурно-экономическим, образовательно-технологическим, по многим другим, но все же и там все будет невыгодно. А где же тогда выгодно? На территории проживания "золотого миллиарда", и только! То есть, с точки зрения интересов целого, пять миллиардов лишнего, экономически нерентабельного, населения надо как-то выбраковать. А целое равнозначно "общечеловеческой", натовской цивилизации. Или, другими словами, целое есть шестая часть населения планеты. Вот так-то, коллеги...

Новейшие эти социальные технологии были с успехом опробованы на нашем Дальнем Востоке. Демографический кризис и деградация трудового потенциала не сами собой обозначились вдруг в нашем регионе.

И теперь нам приходится голову ломать, как решить нашу нынешнюю демографическую проблему? Как удержать отток населения? Чтобы народ ехал сюда, а не отсюда, надо, согласно понятиям рынка, чтобы жизнь здесь была привлекательней хотя бы в чисто денежном выражении. Раньше, в нерыночные времена, так оно и было, и население на Дальнем Востоке росло опережающими темпами сравнительно с Центральной Россией. Нынче все наоборот.

В декабре 1995 года среднедушевой доход в Москве составлял в текущих ценах 3 млн рублей в месяц, а в Приморье - 760 тыс. рублей [76]. Доля населения с доходами ниже прожиточного минимума у нас самая высокая в стране, она колеблется в регионе по разным краям и областям от 32,6% до 57,4% при среднероссийском показателе 22,0% [77].

И это логичное выражение продуманной региональной политики наших властей. "По этим расчетам на всей территории Дальневосточного экономического района должно проживать не более 1 млн человек, т. е. население должно уменьшиться почти в 8 раз. Действия центральных органов власти наталкивают на мысль, что кое у кого из сильных мира сего эта идея находит поддержку. Вспомним, к примеру, недавние высказывания бывших руководителей государства В. Махарадзе и Е. Гайдара. Но самое главное доказательство - равнодушное отношение властей к тому, что Дальний Восток за три года потерял 6% своего населения.

После этого совсем не бредовой кажется иногда муссируемая в прессе идея о продаже или сдаче в аренду Дальнего Востока, как когда-то Аляски, и необходимости проведения границ России по Байкалу или Уралу" [78]. Об этом пишет наш хабаровский депутат Государственной думы, доктор экономических наук Е.Н. Галичанин. Евгений Николаевич, видимо, имел в виду американскую статью Let,s buy Siberia ("Давайте купим Сибирь", март 1994) [79].

Но и 6% человеческих потерь - еще не вечер. К 2000 году эти потери составили уже 11%, при 2% в целом по стране, свидетельствует В.И. Ишаев [80].

При этом деформируется трудовой потенциал, уезжают на Запад наиболее квалифицированные специалисты, самые энергичные работники в цветущем возрасте, которые имеют основания надеяться, что они сумеют устроить свою жизнь в Европе не хуже, чем в нашем захолустье. А среди тех, кто остался, многие живут здесь вовсе не потому, что это им нравится. В Охотском районе, например, из пока еще живущего населения 1/3 нацелена на выезд, еще 1/3 остается только потому, что нет средств на выезд, 2/3 молодежи обязательно уедут из района, численность технической интеллигенции с высшим образованием исчисляется единицами [81].

Далее я буду излагать, хотя и не в прямом цитировании, а в пересказе, результаты исследований Михаила Ивановича Леденева, нашего крупнейшего специалиста в области оплаты труда и мотивации трудовой деятельности, самого близкого моего коллеги и единомышленника в последние постперестроечные годы. И пусть в тексте сохранится обращение от первого лица, то есть в данном случае "я" - это М.И. Леденев.

Если рыночная экономика не годится всему миру, то тем более не подходит она России. Русский человек - не рыночник. В России от века господствовал идеал христианского труда, труда не на себя, не для собственной выгоды, а труда ради ближнего, для общества, для Родины.

Несколько десятилетий я занимался исследованиями мотивации труда и пришел к таким выводам: материальные стимулы не составляют в России всепоглощающей доли. Русскому мало рубля. Основное для нас - моральные стимулы, удовлетворение от сознания своей полезности, творческая увлеченность, престижность общественного положения, создаваемого трудовыми достижениями. И это прочно вошло в так называемый менталитет русского народа.

Я утверждаю, что при сложившейся в нынешней России практике трудовой мотивации, когда добросовестный производительный труд потерял всякую цену и всякий престиж и не дает никакого морального удовлетворения, никакие самые совершенные и безупречные экономические модели не принесут стране ничего, кроме вреда. Каждому человеку, особенно молодому, ясно, что улучшения своего материального положения можно достигнуть любыми средствами, кроме производительного общественно полезного труда. Нынче нельзя заработать, можно наворовать, наторговать, наспекулировать, сделать деньги из воздуха, из чего угодно, кроме труда.

И простая эта истина вошла даже в практику словоупотребления современного русского языка. Как называют нынче шикарные машины, богатые особняки? "Крутые" Тойоты, крутые виллы...

Богатый - значит вор. Не допускается в нынешнем великом и могучем, правдивом и свободном русском языке возможности мгновенного честного обогащения. Да и только ли в нашем?

Теперь ни для кого не секрет, что в нашей стране победила, как уверял Станислав Говорухин, Великая криминальная революция. Фрэнк Чиллуфано, руководитель группы по изучению феномена российской организованной преступности Центра стратегических и международных исследований, пишет: "США необходимо понять, что Россия не находится и не находилась на пути реформ. Она следовала прямым путем к экономической катастрофе, к использованию и узурпации криминальными элементами государственных структур" [82].

Существующие стимулы бьют по рукам, развращают трудящегося и разрушают производство, которое просто не может стать конкурентоспособным, развивающимся и совершенствующимся. Когда будет окончательно растрачен накопленный при социализме трудовой потенциал, начнется катастрофическая деградация всей экономической системы. Так что рынок труда станет основным виновником самораспада российского общества.

Да, Россия сегодня дошла до нищеты, и все же главная беда не в этом. Жить можно при любых условиях, была бы перспектива. А перспективы нет, потому что другой экономики, кроме нынешней, как ответственно заявляет господин президент, не будет.

Не будет больше труда на благо Родины, а кто из русских готов работать для выгоды хозяина? Да к тому же "чубайсизация" государственной собственности привела к тому, что хозяин этот еще и не свой. Как будут себя чувствовать трудящиеся "Связьинвеста", работая на Дж. Сороса? Или рабочие "Уралмаша", купленного аспирантом Кахи Бендукидзе за одну сорокатысячную действительной стоимости гигантского завода? Или хабаровчане, которых безработица вынудила идти к работодателю Новрузу Мамедову?

А ученые? Можно представить творческое горение первооткрывателя крупнейшего в мире золоторудного месторождения В.А. Буряка, если бы он знал, что его бессонные ночи вдохновенного поиска - всего-навсего ради прибылей мистера М.П. Бейтса?

Неужели не видите связей этого положения на рынке труда с массовой фрустрацией населения, с уровнем самоубийств, в двенадцать раз превышающим крайние допустимые пределы? А разве только самоубийствами оборачивается моральная неудовлетворенность? Сколько инфарктов, озлобления, выплеснутого наружу, сколько немотивированной рациональными причинами преступности, разводов, повышения уровня "естественной" смертности?

Все деньги мира не возродят Россию, если не будет восстановлена трудовая мотивация. Что самое страшное в нынешней разрухе и тотальной деградации? Не падение жизненного уровня, не уничтожение хозяйства, науки и культуры. Восстановить можно все, на то и даны человеку руки и голова. Все материальное было несравненно катастрофичней, когда закончилась Великая война. Но все было выстроено снова со сказочной быстротой. Потому что стремлениями человеческими управляли могучие стимулы - забота о Родине, согражданах, о себе и своей семье.

Труд - вот самое главное звено во всей цепи причин и следствий, только труд создает богатство народов и государств, и разрушение трудовой мотивации в мгновение ока может превратить в развалины любую богатейшую и могущественнейшую страну.

Не монетаристские и инвестиционные проекты надо разрабатывать, не внешнеэкономические связи налаживать, и не "конструктивного собственника" искать, неважно, на стороне или в собственном коллективе, - необходимо реанимировать трудовые стимулы. Иначе жизнерадостные заявления властей о наметившихся тенденциях роста будут у нас во веки веков связываться лишь с малейшими (и ненадежными!) колебаниями конъюнктуры на нефтяном рынке.

О каком оживлении экономики может идти речь в деградирующем обществе? Конечной целью любого производства является воспроизводство человека, а воспроизводство человека, в свою очередь, есть основное условие экономического развития.

И вот каковы наши "достижения" в этой сфере:
    - За 1990-1997 гг. рождаемость в городе Хабаровске упала в 1,9 раза, а смертность возросла на 25%.
    - Подавляющее число родившихся детей ожидает сиротство.
    - Исчезает из обихода слово "работать", его заменило слово "крутиться".
    - Растет социальная деградация населения; "социальное дно", состоящее из нищих, бомжей, алкоголиков, наркоманов, проституток, беспризорных детей, уже практически потерявших надежду вернуться к нормальной жизни, возросло за десять лет с 2-3% до 10% .
    - Семья, в которой оба родителя работают и имеют среднюю зарплату, не способна содержать одного студента, если она не поставила себя на грань крайней нищеты.
    - При общем увеличении приема студентов в вузы сократился в 2-3 раза прием на большинство инженерных специальностей. Далее последует неизбежное сокращение научной базы, профессорско-преподавательского состава, аспирантуры... На большинстве предприятий резко сократилась или вовсе прекратилась работа по подготовке, переподготовке и повышению квалификации кадров.
    - Имеет место массовый переход технических специалистов высокой квалификации из производительного сектора в торговый и в сферу услуг на должности охранников, сторожей, грузчиков и экспедиторов. Стремительно снижает свой кадровый потенциал машиностроение города Хабаровска, а это означает невостребованность квалифицированного и интеллектуального труда, прекращение подготовки специалистов в училищах, техникумах и вузах; в конечном счете падает общий уровень культуры города. Не следует забывать, что "человеческий капитал" - товар первичный, все остальные - производные.
    - В связи с деградацией общего интеллектуально-технического уровня усугубляется, наряду с проблемой трудоустройства, также проблема трудообеспечения: с одной стороны, работать негде, с другой стороны работать некому; масса неквалифицированных или деквалифицировавшихся трудящихся не может заполнить вакантные места специалистов.
    - Доля лиц трудоспособного возраста, не занятых в экономике, в Хабаровском крае составила 20,5%, а в г. Хабаровске - 24,8%.
    - Безработица у нас, как и везде в мире, оборачивается возрастанием масштаба проявлений антисоциального поведения. Но раньше или позже большие группы нетрудоустроенных трудоспособных людей поймут, что делилась и расхищалась не "ничейная" и даже не государственная, а общенародная собственность, и это повлияет на общий идеологический, политический и морально-психологический настрой, и если сейчас этот настрой проявляется в форме воинствующего индивидуализма или подавленности (суициды, алкоголизм, наркомания, бродяжничество и т. п.), то завтра он может вызвать мощное общественное антирыночное движение.

И если завтра на нас обрушится золотой дождь, он не поможет решить ни одну из наших экономических и социальных проблем, а только ухудшит ситуацию.

Ну никак не идет у нас жажда наживы в качестве двигателя общественного развития! И результат от всех попыток ее насильственного вживления в русскую душу лишь один - ни у кого нет нынче морального удовлетворения. У ограбленных вполне понятно. Но и у грабителей тоже. И потому в этой категории социума - наибольшее количество самоубийств, психических расстройств; больше всего подвержены российские нувориши алкоголизму, наркомании, чаще других обращаются они к астрологам, прорицателям и прочим шарлатанам, делают самые щедрые пожертвования в церковную кассу. Чует кошка, чье сало съела. И не совсем безнадежно обращаться и к новым русским со словами правды, добра и социальной справедливости.

Ясно, что здоровый организм русского народа отторгает чужеродную ткань цивилизации зла и рыночной конкуренции! Вот в чем истинная причина нынешнего распада и разрухи. Никогда мы не станем "цивилизованной", в понимании Запада, нацией. И нам остается одно из двух - либо вымереть, либо возродить свою народную культуру.

И возрождение вполне возможно. Общинность, соборность, коллективизм, нестяжательство, антипотре-бительство русского народа не были утрачены за семьдесят лет советской власти. Уничтожение этих неотъемлемых черт русского характера началось только в последние десять лет "перестройки" и "реформ". А что такое десять лет? Для истории это не срок.

Не все еще потеряно, но чтобы вытянуть страну из разрухи, надо потянуть цепь за самое главное звено.

И звено это - труд.

В подкрепление этого вывода М.И. Леденева стоит привести аргументацию В.А. Коптюга, которого Михаил Иванович чрезвычайно уважал и к которому относился с большой симпатией. Доходы граждан в современном обществе должны быть дифференцированы, но это должны быть трудовые доходы: "Различие в доходах должно отражать только различие в трудовом и интеллектуальном вкладе людей в достижение целей, определенных обществом. Все остальное - неправедные доходы, обкрадывание общества со всеми вытекающими из этого последствиями" [83]. Вот так и только так должна выглядеть трудовая мотивация общественно полезной деятельности.

Далее я приведу текст нашего совместного с М.И. Леденевым доклада, представленного на Международный симпозиум "Азиатско-Тихоокеанский регион в глобальной политике, экономике и культуре".

Возможны два варианта в построении взаимоотношений между внутренним и внешним миром: приспособление природы к себе (Запад) и приспособление себя к природе (Восток). И соответственно два диаметрально противоположных варианта генерального направления человеческой деятельности.

В первом из них труд - это затрата усилий по преодолению внешнего сопротивления, это деятельность человека по превращению продукта природы в пригодную для непосредственного потребления вещь, в товар. Конечно, не только приложение рук человеческих должно при этом учитываться. Есть несколько уровней возвышения над предметно-орудийной деятельностью. Первый - разработка методики для последующего ее практического применения, еще выше - теория, на базе которой можно строить методы, и, наконец, философия, обобщающая и направляющая теоретические изыскания.

Во втором варианте труд - это затрата усилий по преодолению внутреннего сопротивления, по искоренению своей лени, изнеженности, слабости и неприспособленности, это стремление к достижению гармонии, лада и согласия с природой первозданной, прекрасной и вечной, в которой ты готов жить, не изменяя ее и не испытывая внутреннего дискомфорта ни от одного из ее проявлений - холода или нехватки пищи, сырости или палящего зноя, комаров или ураганов.

И люди вокруг, как часть моего окружения, часть моего внешнего мира, тоже должны либо подстраиваться под мои ожидания, либо, наоборот, я буду стараться изменить себя, чтобы оказаться соответствующим чьим-то мечтам и идеалам.

"Если я тебя придумала, стань таким, как я хочу", - таков первый вариант, вариант власти, насилия, навязывания другому своей воли. А другой, - если у тебя была мечта об идеале, я постараюсь стать таким, каким ты представляла свой идеал. Это вариант любви, самопожертвования, самопреодоления.

И собственность тоже предстает в двух вариантах, - то, над чем моя власть безгранична, что я могу использовать, выбросить, уничтожить, подарить или продать (Запад), или же это то, чему я с радостью отдам все свои силы, талант, труд, саму жизнь (Восток). Первый вариант - моя вещь, моя рабыня, моя машина, моя земля как предмет купли-продажи. Второй - моя любимая, моя семья, моя Родина, моя земля, и - кто с мечом или с долларом придет на мою землю, тот от меча и погибнет... Или, как сказал недавно атаман Кубанского казачьего войска, кто захочет купить нашу землю, тот найдет в ней могилу.

Наше, русское отношение к фундаментальным категориям философии и жизни гораздо ближе к восточному, чем к западному. Ведь скифы же мы, азиаты мы, с раскосыми и жадными очами...

А.Н. Энгельгардт, московский профессор, он же смоленский помещик, автор знаменитых "Писем из деревни": это мой конь, потому что он наш, нашего двора. И потому - это моя земля, потому что она наша, это земля моей Родины. Если бы не было у нас такого отношения к собственности, то не смогла бы Россия распространиться на одну шестую часть земной суши.

Виктор Александрович Нигей подростком по четырнадцать часов в день клепал шляпки для гвоздей. По каким цивилизованным критериям можно оценить эффективность его труда? Его это были гвозди? И сильно он забогател от этого сверхчеловеческого перенапряжения? Нет, не его были гвозди, они были казенные, государственные, это были гвозди Родины. А вот Родина была его. И не много прибавилось у него в кармане, но ведь нам и нужна была вовсе не выгода, - нам нужна одна Победа, одна на всех, мы за ценой не постоим... Не постояли. Выстояли. Победили. И для каждого это была его победа, его собственная.

...Иван Малякин, камчатский капитан МРС (малого рыболовного сейнера) по приходе в Петропавловск звонит в Большой театр: "Оставьте мне билет в первом ряду на завтрашний спектакль". И все газеты Камчатки пишут об этом экстравагантном поступке. Можно оценить эффективность рыбацкого труда по объективным критериям. В деньгах то есть. Но это уравняло бы Героев труда Ивана Малякина, Артема Мгеладзе с нынешними уголовными авторитетами, способными не только выкупить билет в первом ряду, но и оплатить визит на свою виллу Большого театра со всеми его прима-балеринами, оркестрантами и администраторами. Думается, это все же разные вещи. И трудовой стимул не тот (если можно назвать трудом деятельность олигархов), и общественный резонанс иной.

Дело моей личной чести, моей гражданской гордости, моего человеческого достоинства - работать для Родины, для народа. Стараться, чтобы прибавлялась собственность моей страны, моя собственность. "В своем общежитье, на нашем пути, наши грузим дрова..." А будет ли русский мужик с таким же энтузиазмом работать на хозяина, на Мамедова, Бендукидзе, Абрамовича?

О том же и А.Н. Энгельгардт: за деньги, по-немецки, как объяснили ему крестьяне, мужики на вашу усадьбу работать не пойдут, а вы их попросите по-человечески, они из чести всё и сделают. По-русски, по-соседски, в порядке взаимопомощи, всем миром, с азартом и с песней. Ну разве за деньги кто-нибудь станет работать с песней?

В семидесятые годы, когда на глазах у всего мира разворачивалась принципиальнейшая эпопея битв между советской хоккейной сборной, не знавшей поражений, и заокеанскими профессионалами, Ги Лафлер, великий канадский хоккеист, сказал: "Ваших парней невозможно победить, настолько они любят свою Родину".

Ключевое слово в этой философской проблеме труда и собственности одно - соборность души. Если моя душа охватывает мою любимую, семью, народ, Родину, то я и воспринимаю как мое, неотъемлемое, собственное все то, что нужно моей любимой, моей семье, моему народу, моей Родине, и потому и трудиться я буду на всех, охватываемых моей душой, как на самого себя. И за эту собственность я пойду грудью на пулемет.

И не возникнет в таком случае никакого противоречия между личным и общественным. Если это мое общество, если я его люблю, и оно меня тоже, то общественное будет для меня одновременно и личным. Если же это общество чужое для меня, рыночное, мафиозное, то, конечно, общественное будет для меня не моим, а чужим, чуждым, враждебным, и работать на такое общество значит работать на дядю.

И вся мотивация человеческой деятельности будет проистекать из сформулированных подобным образом философских категорий труда и собственности.

Далее я снова перехожу к изложению своих личных соображений. Конечно, и они получены на основе обсуждений с Михаилом Ивановичем; и к самому глубокому постижению экономики, от основания, от трудов Адама Смита, привлекал меня М.И. Леденев. И экземпляр главной книги А. Смита, которым я пользуюсь, получен по наследству от своего старшего товарища и наставника.

1998-2002: ОЖИВЛЕНИЕ. ЧТО ДАЛЬШЕ?

В самое последнее время власти говорят, что наметилась тенденция роста экономики. Благодаря принятым радикальным рыночным мерам наше производство начало понемногу возрастать. Но что-то уж очень не похоже это на истину... Почему же тогда жить человеку становится все хуже и хуже? Сколько я ни спрашивал, никто не заметил официально объявленных тенденций к улучшению. Кроме разве что новых русских, тех, кто торгует и ворует.

Вот какие цифры приводятся по Хабаровскому краю, ставшему в 2002 году победителем Всероссийского конкурса финансового оздоровления экономики России "Золотой рубль": за 1998 год рост производства здесь составил 4%, 1999 - 9%, 2000 - 15%, 2001 - 8%.

Действительно ли это так? Встречаю доброго знакомого В.А. Адаменко, токаря Хабаровского судостроительного завода. Спрашиваю, работает ли завод? До того в течение многих лет он был в основном источником металлолома для предприимчивых людей.

- Да, - неуверенно кивает головой Валерий Алексеевич, потом останавливается и задумчиво поправляется:

- Что значит работает? Дышит...

В 2002 году был подписан контракт на поставку иностранному заказчику (читай: потенциальному противнику на дальневосточном театре военных действий) трех десантных катеров на воздушной подушке. Заказ был выполнен.

Снова крутятся станки на "Дальдизеле", и это нашло отражение в официальных документах. За 2001 год изготовлено 47 двигателей, за 2002 - 59 [84]. Выясняю у работников завода, что же они изготовили в самом деле. Ну, говорит Н.И. Гриценко, виртуоз-станочник, неутомимый выдумщик, рационализатор и изобретатель по прозвищу Коля Самоделкин, новых дизелей не делали, но вот старые двигатели, советского производства, присылают к нам на капремонт отовсюду, даже из-за границы, с Украины. В самом деле, кому сподручнее разобраться, что там подлежит замене, когда это ты сам, своими руками когда-то вытачивал эти детали, на них до сих пор твое личное клеймо стоит. Вот эти восстановленные двигатели и попали в отчет.

Прибыль доходных предприятий составила в 2001 году по Хабаровскому краю 16,2 млрд руб. Основная доля прибыли в промышленности (75,5%) получена Комсомольским-на-Амуре производственным объединением за выполнение экспортного контракта (поставки Су-27). Общая сумма экспорта машиностроения 1,2 млрд долл.

Экспорт леса составил 124,1% к объему прошлого года, при этом экспорт пиломатериалов снизился на 1,6%. Из-за снижения объемов вылова прибыль рыбной отрасли снизилась в два раза, убытки возросли в 4 раза. Причина - введение аукционной продажи квот на вылов водных биоресурсов. Жилищно-коммунальные услуги подорожали в 1,46 раза.

Если же свести концы с концами, сопоставить прибыль доходных предприятий и убытки убыточных предприятий, то в итоге убытки предприятий края возросли за 2001 год на 38,4%. Рост цен на железнодорожные перевозки превышал рост цен на промышленную продукцию в 1,9 раза, на электроэнергию - более чем в 2,5 раза, на теплоэнергию - более чем в 1,5 раза.

Сумма убытков в сельском хозяйстве края составила 11 млн руб., это на 2 млн больше, чем в прошлом году. На селе созданы 8 государственных унитарных предприятий, то есть снова совхозы вместо разрекламированных ферм, которые по краю засевают всего 3 тыс. га из 103,1 тыс. га. Число же ферм сократилось на 45 хозяйств за год, и за 2002 год их стало еще на 14 хозяйств меньше.

Откуда же взялись деньги на покрытие убытков? "Поступившее в край бюджетное финансирование превышает сумму средств, перечисленных в Федерацию, в 1,66 раза" [85].

В 2002 году наметившиеся тенденции сохранялись. Рост цен на грузоперевозки опережал рост цен на промышленную продукцию на 15%, на электроэнергию - на 32%, на теплоэнергию - на 27%. От реформирования организаций министерства путей сообщения администрация края ожидает негативных последствий. И это несмотря на оптимистические заявления команды А.Б. Чубайса и Г.О. Грефа о благотворном влиянии на экономику готовящейся приватизации железных дорог.

Увеличено производство стали и проката, 80% продукции экспортируется в страны АТР. Что ж, тут мы имеем дело с классическим примером, когда развитые страны стремятся перевести грязные производства в колонии.

"Ежегодное превышение погашения запасов россыпного золота привело к их истощению, что сказалось на обеспеченности предприятий рентабельными запасами" [86]. "Полученный в 2002 году прирост запасов золота от геологоразведочных работ только на 67,7% обеспечивает их погашение" [87].

Более половины суммы убытка в лесной области приходится на деревообработку, нередко это связывается уже с нехваткой сырья. Загрузка современных линий лесопиления составляет 40%.

Производство этилового спирта возросло за год на 8%, пива на 11%. В эти отрасли и идет все возрастающий поток инвестиций. Кроме того, завоз водки из других регионов вырос за 2002 год на 58%, а в сравнении с 2000 годом водки завезено в Хабаровский край в три раза больше. Неужели не ясна связь этих экономических достижений с разрушением человеческого потенциала?

Что ж, это вполне созвучно и общероссийским тенденциям. Вот как возрастало в последние годы производство пива в РФ: 1997 г. - 261 млн дал., 1998 г. - 335 млн дал., 1999 г. - 446 млн дал., 2000 г. - 549 млн дал. Водка, млн дал., те же годы: 82 - 87 - 134 - 122. Папиросы и сигареты, млрд шт.: 176 - 210 - 283 - 341 [88]. Дает эта прогрессирующая сфера свой взнос в общие тенденции развития экономики? Дает, да еще какой!

Объем производства товарной пищевой рыбной продукции снизился в Хабаровском крае по сравнению с 2001 годом на 25,9%. Из-за введения аукционной продажи квот на вылов рыбы прибыль крупных предприятий сократилась в 2,8 раза, убытки возросли в 3,6 раза. Соответственно ухудшилась финансовая обстановка на предприятиях.

В легкой промышленности растет затоваривание складов (давайте вспомним, что именно в этом обвиняли социалистический способ производства!) - увы, рост издержек в связи с повышением тарифов снижает конкурентоспособность местных товаров.

Цены на услуги ЖКХ выросли за 2002 год на 45%, на медицинские - на 43%, на услуги связи на 41%. "Бюджет не в состоянии перекрывать разрыв между ростом тарифов и платежеспособностью населения..." [89].

Теперь о ситуации в сельском хозяйстве Хабаровского края: "Практически половина используемых в настоящее время тракторно-транспортных средств выработала технический ресурс. В последние годы не проводится известкование и фосфоритование почв, подкормка пастбищ и сенокосов, внесение органических удобрений.

Преобладающее число сельскохозяйственных предприятий, находясь в сложном финансовом положении, не могут обеспечить своим работникам необходимый уровень оплаты труда. Среднемесячная заработная плата работников сельского хозяйства является одной из самых низких среди отраслей экономики края, и та выдается в большей части предприятий несвоевременно" [90]. "Износ по животноводческим помещениям составляет 70%, критическое положение сложилось с обеспечением инженерной инфраструктурой и жильем" [91].

И здесь тоже полная корреляция с общероссийскими показателями. Официальная статистика насчитывала в РФ следующее количество тракторов: 1997 г. - 915 тыс. шт., 1998 г. - 856 тыс. шт., 1999 г. - 862 тыс. шт., 2000 г. - 817 тыс. шт. [92]. Если же сравнивать с более давними временами, то в СССР производилось по 1000 тракторов в день, тогда как сейчас по 500 тракторов в месяц. О каком же восполнении выбывающей техники может идти речь?

Поставка минеральных удобрений в российские хозяйства всех форм собственности, в тысячах тонн действующего вещества: 1997 г. - 1587, 1998 г. - 1083, 1999 г. - 1216, 2000 г. - 1318. Органические удобрения, годы те же: 86,1 млн т - 72,1 млн - 69,1 млн т - 66,0 млн. т. [92].

"В 1994 году вынос питательных веществ из почвы урожаем и сорняками в 3 раза превысил их поступление с минеральными и органическими удобрениями. Применение удобрений стало убыточным..." [93]. Внесение минеральных удобрений в целом по стране снизилось к 1996 году в 8 раз, органических - в 4 раза [94].

Вот как выглядит картина по отдельным регионам Дальнего Востока.

Приморье: минеральные удобрения в 18 раз (85-95 гг.) [95]. Магаданская область: органические удобрения в 85 раз (92-96 гг.) [96]. В Амурской области почвы на площади в 10 тысяч гектаров находятся в состоянии экологического кризиса [97]. "В самых лучших черноземовидных почвах ежегодное снижение содержания гумуса составляет 11-30%... С реорганизацией колхозов и совхозов в хозяйствах наблюдается истощительное землепользование почв, нарушение севооборотов, не вносится достаточное количество удобрений, увеличиваются площади, где удобрения не использовались 5 и более лет, не проводится известкование кислых почв, посевы зарастают сорняками, значительные площади брошены и не обрабатываются" [98]. В Еврейской автономной области практически прекращены лесомелиоративные работы, земля из категории пашни переходит в лесные угодья. В 1995 году ни один гектар не рекультивирован [99]. Ежегодно овраги уменьшают в России площадь пашни на 0,8-1,0%, борьба с эрозией почв лесомелиоративными методами сегодня фактически прекращена. Программа "Плодородие" выполняется по разным статьям на 0,8-39,5%. За один только 1996 год площадь пашни сократилась на 1,2 млн гектаров. Площадь оленьих пастбищ уменьшилась на 70 млн га из 280 млн [100].

"После стремительного пикирования вниз в первой половине и вялого сокращения производства во второй половине 90-х годов лесной комплекс края, - пишут ведущие экономисты Хабаровска, - в 1999-2000 гг. показал хорошие темпы роста. Но этот рост основан на экстенсивных факторах, на увеличении и без того большого разрыва между заготовкой и переработкой древесины, на ускоряющемся истощении лесосырьевой базы" [101].

Теперь о капитале в нашем регионе. За 1991-2001 годы объемы инвестиций в основной капитал снизились по Дальневосточному региону почти на 80% [102].

Да и тот капитал, что есть, в основном проедается: в Хабаровском крае 88% его идет на пополнение оборотных средств, лишь 7,5% на приобретение оборудования и 3% на освоение новых технологий [103]. Понятно, что у других дальневосточных субъектов Федерации положение не лучше, чем у признанного российского лидера по финансовому оздоровлению хозяйства. И на что обрекает наше хозяйство такая денежная политика? Когда экономика едва успевает штопать дыры, о какой перспективе может идти речь? Отставание технического уровня будет со временем все возрастать и возрастать, и соответственно конку-рентоспособность предприятий будет снижаться и снижаться.

И снова все тот же вопрос: откуда рост при таких "достижениях"? "Поступившее в край бюджетное финансирование превышает сумму средств, перечисленных в Федерацию, в 2 раза" [104]. "Потенциал роста реализовывался при использовании неустойчивых факторов, связанных с благоприятной внутренней и внешнеэкономической конъюнктурой, в том числе с высоким уровнем цен на сырьевые ресурсы и энергоносители, процессами импортозамещения, сдерживанием издержек производства, исполнением обязательств федерального бюджета перед краем" [105].

Ну и раз "потенциал роста реализовывался при использовании неустойчивых факторов", то ни у кого и не возникает доверия к экономическим перспективам регионального хозяйства. Удельный вес долгосрочных кредитов в общем объеме кредитных вложений составляет в Хабаровском крае всего 4,9% [106]. Население же вообще предпочитает хранить свои накопления, у кого они есть, в кубышке. И это напрямую подпадает под действие постулата Адама Смита: богатство народов только тогда будет стабильно возрастать, когда бедняк станет вкладывать свои медные пятаки в развитие производства.

Таково положение в Хабаровском крае. А как дела у наших соседей?

В Амурской области, надежной житнице Дальнего Востока на протяжении всей его российской истории, рост производства в сельском хозяйстве за 2002 год сравнительно с прошлым годом составил 13%. Однако не радуют эти успехи дальновидных руководителей... "Рекордный урожай прошлого года многие хозяйства поставил на грань разорения, поскольку цены на зерно снизились в два раза" [107].

Сельское хозяйство выстояло в этом очень благополучном по климатическим условиям году только благодаря дотациям. "Тарифы на электроэнергию просто неподъемны..., село сегодня - карточный домик, который может рухнуть в один момент". Так считает глава одного из самых крепких хозяйств области Владимир Георгиевич Ус [108].

Развитие сельского хозяйства Амурской области, темпы его роста оказались в 2002 году одними из самых высоких не только на Дальнем Востоке, но и в России. И главной причиной тому - региональная и государственная поддержка. Но уверенности в завтрашнем дне ни у кого нет и не предвидится. За 2001 и 2002 годы тарифы на электроэнергию возросли почти в три раза [109].

В кризисном положении оказался на Дальнем Востоке главный капитал - человеческий.

"Средняя зарплата у магаданцев, например, в прошлом году составила 8,2 тыс. руб., т. е. обеспечивала всего 2,5 прожиточного минимума, а минимальная - около 4 тыс. руб. Заставить людей платить за реформу ЖКХ - значит, оставить их без средств к существованию", - считает мэр Магадана Н.Б. Карпенко. И он же о реформе энергетики: "Думаю, что вся реформа от безысходности, сегодня 70% мощностей изношены. У государства денег на замену нет. Делается расчет на то, что частный капитал привлечет сюда деньги. Мое мнение - реформа приведет к повышению тарифов" [110].

"Поколение детей будет вдвое меньше поколения родителей... Продолжится процесс старения. ... В результате доля нетрудоспособных на 1000 лиц трудоспособного возраста в 2005 г. составит 507, в 2010 г. - 536, в 2015 г. - 627" [111].

В.И. Ишаев подводит окончательный итог демографического процесса: к началу 2002 года Дальний Восток потерял по сравнению с 1991 годом 1 млн 227 тыс. человек или 12% постоянного населения [112].

Ну а из тех, кто остается на нашей земле, поколение Next не получает трудового воспитания. Они хотят красиво жить, но не работать. "За эти 10 лет ребята просто отвыкли от станка, им лучше стоять у прилавка. И рабочие профессии для промышленного производства стали непрестижными" [113]. Кто же тогда будет поднимать экономику?

Подробный анализ демографической ситуации делает в журнале "Дальневосточный капитал" Евгений Галушко [114].

Рождаемость в регионе снизилась с 13,7 новорожденных на 1000 населения в 1991 году до 9,3 ребенка в 2000 году. И по смертности мы впереди всей России: за 1991-2000 гг. она увеличилась на 47,7%, против 35,1% по стране. Дальний Восток - бесспорный лидер по младенческой смертности: 183 умерших до 1 года на 10 000 родившихся при общероссийском уровне 147 умерших. На Чукотке же достижения вообще рекордные - 422 умерших.

Суммарный коэффициент рождаемости (число детей, рожденных женщиной с 15 по 49 год жизни) составлял в 2001 году по ряду территорий региона от 0,960 до 1,214, хотя даже для простого воспроизводства населения нужно по 2,15 ребенка на женщину.

Русские "танцовщицы" после работы в Китае, Японии и Южной Корее (из выезжающих за границу на временные заработки 78% - женщины) теряют здоровье, отодвигают сроки деторождения, ограничивают число рождаемых детей. 19% молодых семей в крае не желают иметь детей вообще. В регионе зарегистрировано 799 разводов на тысячу браков в 2000 году против 498 в 1990 г.

Какая тут связь с экономикой?

Если мужчина собирается содержать семью, в которой только что родился ребенок и мама не может работать, то ему надо, чтобы только выжить, 9,12 тыс. руб. в месяц "чистыми", 18,24 тыс., чтобы дети могли хорошо питаться, выросли здоровыми, и чтобы ему с женой не ходить в советских обносках и иной раз съездить в отпуск хотя бы в Приморье. Увы! Реально большинство молодых в Еврейской области получают по 4-5 тыс. рублей.

"В системе госслужбы за десятилетие такая структура, созданная коммунистами и сегодня объективно признаваемая одной из лучших, порушена" [115].

"Дальневосточная оборонка, прославившаяся своим самым высокообразованным рабочим классом, сегодня на грани дисквалификации и технического отставания кадров. Например, средний возраст станочников на владивостокском заводе (Дальприбор( составляет 58 лет. Это значит, что через два-три года даже тем ребятам, которые захотят получить эту профессию, не смогут обеспечить производственную практику из-за отсутствия наставников" [116]. То же самое на других заводах. Износ трудового потенциала составляет 48-60%. Отчетливо обозначился острый дефицит квалифицированных кадров. "Общество сориентировало молодых на иные ценности, где даже не рубль является мерилом успеха" [117].

"Субъективная оценка качества трудовых ресурсов однозначна - оно снижается" [118].

"При любых инвестициях в развитие этого региона серьезный экономический результат не может быть получен, если население будет рассматривать свое пребывание здесь как временное... Весь ход развития России доказывает, и последние годы не опровергают этого, что именно интеллектуальная самореализация есть главное условие песни в душе русского человека. Будут на месте жительства деньги, но песни не будет - просто спиваются люди. Или живут в других местах, а за деньгами приезжают сюда. Доказано" [119].

Конечно, и руководство страны не могло не заметить всех этих вопиющих несоответствий реального положения дел своим прежним предначертаниям. И потому было вынуждено внести поправки в стратегическую программу развития Дальнего Востока. 19 марта 2002 года было принято постановление Правительства РФ № 169 "О федеральной целевой программе "Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Забайкалья на 1996-2005 и до 2010 года""

Этот документ констатировал:

Госзаказ на оборонную промышленность снизился с 60,4% в 1992 г. до 5% в 2000 г. Начиная с 1993 г., энергосистемы работают в условиях постоянного чрезвычайного режима, вызванного хроническим недостатком топлива и финансов. Износ оборудования в электроэнергетике региона составил 40%, в теплоэнергетике - 55%. В 90-е годы существенно снизилась пропускная способность железных дорог при ухудшении технического состояния, увеличении износа и значительного старения подвижного состава. На воздушном транспорте степень физического износа летного парка достигла 80%, к тому же он морально устарел. В горнодобывающей промышленности отмечено старение оборудования, резкое сокращение объемов геологоразведочных работ в условиях смены механизмов недропользования [120].

На экономических перспективах северных территорий московские власти вообще поставили точку, что следует из такого красноречивого императива постановления: "Не препятствовать миграции с северных территорий" [121]. Это первое за последние несколько лет официальное подтверждение гайдаровской линии "Севера нам не нужны". Что ж, если они не нужны нам, то пригодятся американцам. "При губернаторе Р.А. Абрамовиче готовится "бархатный" захват Чукотки", - предупреждают авторы "Дальневосточного капитала" [122]. Нарушается святая святых русской политики за все время существования нашего Дальнего Востока: о приоритете геополитических интересов перед всеми прочими.

А наиболее дальновидные главы дальневосточных субъектов Федерации никогда не упускали этого из внимания: "Программа развития Дальнего Востока и Забайкалья, в целом экономическая политика России в этом регионе - это не экономическая политика для региона, это стратегия России на Тихом океане, это важнейший элемент глобальной стратегии России в первой четверти нового века (курсив В.И. Ишаева. - Ю.С.) Только с этой точки зрения можно рассматривать проблему, только такая позиция является государственной позицией, перспективной позицией, правильной позицией" [123].

Член-корреспондент РАН В.И. Ишаев, выступая в Анкоридже, объяснил американцам, почему в программу развития Дальнего Востока пришлось вносить по ходу дела исправления. Ельцинская дальневосточная программа, принятая в 1996 году, была выполнена на 10% (для сравнения наш губернатор приводит выполнение сталинской программы 1930 года - 130%, и брежневской 1967 года - 80%), и конечно, она должна была подвергнуться переработке.

Однако на достижение программных целей в предстоящие 9 лет (2002-2010 гг.) в соответствии с постановлением Правительства должно быть направлено за счет всех источников финансирования практически столько же средств, сколько фактически составили инвестиции в экономику Дальнего Востока и Забайкалья за 1996-2000 гг. в соответствии с прежней "неудавшейся программой" [124].

При сохранении социально-политического курса Москвы верить в экономические перспективы Дальнего Востока могут лишь самые неисправимые мечтатели.

И все же экономический подъем в последние годы неоспорим. Парадокс, да и только...

Ведь никаких глубоких причин этому не находится. Разве изменилась мотивация труда или центр признал необходимость выделения Дальнему Востоку дотаций хотя бы в прежнем, советском объеме, в то время как для восстановления разрушенной инфраструктуры их теперь требуется гораздо больше? Разве закрыты высокими таможенными барьерами наши внешнеэкономические границы, и наши производители защищены от разорительной конкуренции с иностранными фирмами, работающими в несравненно более благоприятных условиях? Снижены транспортные и энергетические тарифы, угнетающие нашу региональную экономику?

Нет, нет и нет. А следовательно, нынешние результаты могли быть достигнуты только за счет прошлого и за счет будущего. Расхищается все то, что было накоплено за многие годы созидания, и все то, что должно было бы быть сохранено на будущее.

Налицо ускорение растраты запасов - природных и социальных, понижение ресурсного и трудового потенциала, налицо подрыв воспроизводственных возможностей хозяйства.

Вот как, например, характеризуют перспективы лесного комплекса Хабаровского края собранные под одной обложкой практически все краевые специалисты по лесу (шрифтовые выделения в приводимой цитате принадлежат цитируемым авторам): "В ходе экономического кризиса и экономической реформы хищничество возросло, с ресурсов стали буквально (сниматься сливки(" [125]. "Если тенденция не будет переломлена, то вместо подъема лесозаготовительной отрасли лет через 5-10 начнется ее устойчивый спад, а через 20-30 лет - полный коллапс" [126].

То же происходит и в горнодобывающей промышленности региона. Снявши сливки с богатейших жил, решили бросить американцы уникальное месторождение Кубака. Там осталось еще очень много золота, но как его теперь найти под завалами и отвалами, как вести проходку в толще пород, нарушенной хищническими выработками?

То же и с нефтью, газом, другими полезными ископаемыми. То же и с рыбой, прочими биоресурсами. А ведь лес, рыба, руда - это и есть те три кита, на которых стоит региональная экономика! То же и с почвами: как можно расходовать, не восполняя, продуктивность пашни; разве можно назвать это хозяйствованием? Что же тогда такое хищничество?

И нынешние доходы от продажи Су-27, от торговли безопасностью Родины - это свет угасшей звезды, это расходование прежних советских инвестиций, и все равно это не надолго. Для поддержания опережающего технологического уровня нужны не только НИИ и КБ, нужна могучая и непоколебимая фундаментальная наука, а это - проблема, решаемая только в масштабе всей страны. Ну а тут не лучше, чем в Хабаровском крае с лесом. По данным Президента Российского совета ректоров академика В.А. Садовничего, десятки тысяч классных специалистов уехали на Запад, не имея возможности в собственной стране плодотворно вести научные изыскания. Россию покинули около 89% математиков и 50% физиков-теоретиков высшей квалификации. Принимают их на Западе с распростертыми объятиями, поскольку они являются носителями многолетних усилий и достижений советской науки. Утечка мозгов за один только 1992 год оценивается в сумму, близкую к 20 млрд долларов, а за 1993-1994 годах - около 30 млрд долларов [127].

И потому наши боевые самолеты скоро устареют, новые же поколения высокотехнологичной продукции потребуют таких капиталовложений в производство, науку и образование, что всё сразу станет нерентабельным.

Нет, не видно никакого просвета в конце тоннеля, одна только тьма! Да и та была бы еще беспросветнее, не случись повышения цен на нефть, единственную опору нынешней российской экономики. Ну, а когда американцы поставят под свой полный контроль все энергоресурсы мира и установят выгодные для себя низкие цены? Что ждет тогда нашу страну?

Впрочем, даже если благотворные изменения в нашем хозяйстве и действительно происходят, то они вполне вписываются в планы, составленные для России американским Центральным разведывательным управлением. Согласно предписаниям ЦРУ, после катастрофического обвала экономики нам дозволен медленный рост [128], гарантирующий Америке, что на прежний уровень сверхдержавы мы уже никогда не поднимемся, вести самостоятельную политику будем не в состоянии, и в качестве российского протектората Америки, послушной банановой республики, будем покорно влачить свое жалкое существование, не представляя для "общечеловеков" опасности; с другой стороны, опускать Россию ниже некоторого предела им тоже не с руки, а то как бы себе дороже не оказалось: вдруг еще раз будет доказана правота пушкинского предостережения относительно русского бунта, бессмысленного и беспощадного? Бунта хотя и в бывшей, но пока еще ядерной сверхдержаве.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Коптюг В. А. Шоковые открытия за Китайской стеной. // Наука спасет человечество. Новосибирск, 1997. С. 318.
2. Корчмит В. А. Оленеводство Корякии: этапы развития, перспективы возрождения. Петропавловск-Камчатский, 2001. С. 122.
3. Фроянов И. Я. Погружение в бездну. М., 2001. 528 с.
4. Сулакшин С. С. Измена. М., 1998. 99 с.
5. Фроянов И. Я. Погружение в бездну. М., 2001. С. 513.
6. Лисичкин В. А., Шелепин Л. А. Глобальная империя Зла. М., 2001. С. 168
7. Подборка материалов из хабаровской газеты "Криминальные вести" 1996. Январь-февраль. С. 32.
8. Зиновьев А. А. Требуется историческое новаторство в изобретении системы управления Россией // РФ сегодня. 1999. № 15. С. 52.
9. Быстрицкий С. П., Заусаев В. К., Леденев М. И. Рыночные преобразования на Дальнем Востоке: противоречия, пути разрешения. Хабаровск, 1998. С. 21.
10. Ишаев В. И. Концепция развития Дальнего Востока России (научный доклад на президиуме РАН). Хабаровск, 2001.С. 8-9.
11. Ишаев В. И. Концепция развития Дальнего Востока России (научный доклад на президиуме РАН). Хабаровск, 2001. С. 23.
12. Федеральная целевая программа экономического и социального развития Дальнего Востока и Забайкалья на 1996-2005 годы (краткое изложение). Хабаровск, 1996. С. 8-9.
13. Федеральная целевая программа экономического и социального развития Дальнего Востока и Забайкалья на 1996-2005 годы (краткое изложение). Хабаровск, 1996. Табл. 5.
14. Крюков В. Г. и др. Принципы рационального природопользования (на примере Хабаровского края). Хабаровск, 2000. С. 19.
15. Ишаев В. И. Концепция развития Дальнего Востока России (научный доклад на президиуме РАН). Хабаровск, 2001. С. 5.
16. Ишаев В. И. Концепция развития Дальнего Востока России (научный доклад на президиуме РАН). Хабаровск, 2001. С. 6-8.
17. Галичанин Е. Н. Межрегиональные аспекты экономической реформы на Дальнем Востоке и Забайкалье. Хабаровск, 1998. С. 59.
18. Поздняков А. В. Стратегия российских реформ. Томск, 1998. С. 161.
19. Саматов А. Д. Истина где-то рядом // Двенадцать разгневанных стихий. Владивосток, 2002. Вып. 5. С. 53.
20. Санько В. Придет инвестор, он нас научит // Двенадцать разгневанных стихий. Владивосток, 2002. Вып. 5. С. 157.
21. Салехов И. Странности судьбы, или сказка на ночь // Двенадцать разгневанных стихий. Владивосток, 2002. Вып. 5. С. 144.
22. Двенадцать разгневанных стихий. Владивосток, 2002. Вып. 5. С. 157.
23. Агранат Г. А. География - экономика - общество // Изв. АН. Сер. геогр. 2001. № 6. С. 11.
24. Василенко В. Фонд поколений: на хороших и плохих рассчитайсь! // Двенадцать разгневанных стихий. Владивосток, 2002. Вып. 5.
25. Болдырев Ю. Мифотворчество по-российски. (заместитель председателя Счетной палаты РФ Юрий Болдырев предлагает "преодолеть глобальный обман") // Век, 2001. № 3 (419).
26. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Российской Федерации в 1997 году. М., 1998. 608 с.
27. Bema Gold начала разведку // Дальневосточный капитал. 2003. № 3. С. 30.
28. Лев Черепанов. Почему горит лес? // Зеленый мир. 1999. № 12. С. 8.
29. Алексеев А. Порубили все дубы на гробы// Двенадцать разгневанных стихий. Владивосток, 2002. Вып. 5. С. 23.
30. Романенко А. Воровать лес - себе дороже // Двенадцать разгневанных стихий. Владивосток, 2002. Вып. 5. С. 20.
31. Поминов В. Ф. К читателям // Леса и лесное хозяйство Хабаровского края. Хабаровск, 2000. С. 7.
32. Андреев И. Лесной переполох // Двенадцать разгневанных стихий. Владивосток, 2002. Вып. 5. С. 102.
33. Стецкая Г. Я бы к пахану пошел... // Двенадцать разгневанных стихий. Владивосток, 2002. Вып. 5. С. 112.
34. Лесной комплекс Хабаровского края: основные направления развития. Хабаровск, 2001. С. 23.
35. Крюков В. Г. и др. Принципы рационального природопользования (на примере Хабаровского края). Хабаровск, 2000. С. 64.
36. Лесной комплекс Хабаровского края: основные направления развития. Хабаровск, 2001. С. 54.
37. Лесной комплекс Хабаровского края: основные направления развития. Хабаровск, 2001. С. 53.
38. Зайцев В. Прокуратура вникает в суть экологических проблем // Зеленый мир. 1999. № 9. С. 13.
39. Комаров Е. Рыбаки в России отомрут вместе с рыбой // Экология и бизнес. 2001. № 4; Николаев А. Простите, минтай и горбуша // Двенадцать разгневанных стихий. Владивосток, 2002. Вып. 5. С. 43
40. Николаев А. Простите, минтай и горбуша // Двенадцать разгневанных стихий. Владивосток, 2002. Вып. 5. С. 42.
41. Крюков В. Г. и др. Принципы рационального природопользования (на примере Хабаровского края). Хабаровск, 2000. С. 42.
42. Крюков В. Г. и др. Принципы рационального природопользования (на примере Хабаровского края). Хабаровск, 2000. С. 64.
43. Агранат Г. А. География - экономика - общество // Изв. АН. Сер. геогр. 2001. № 6. С. 7.
44. Ишаев В. И. Концепция развития Дальнего Востока России (научный доклад на президиуме РАН). Хабаровск, 2001. С. 4.
45. Коптюг В. А. Возможна ли разработка стратегии устойчивого развития России в настоящее время? // Наука спасет человечество. Новосибирск, 1997. С. 279.
46. Галичанин Е. Н. Межрегиональные аспекты экономической реформы на Дальнем Востоке и Забайкалье. Хабаровск, 1998. С. 212.
47. Лесной комплекс Хабаровского края: основные направления развития. Хабаровск, 2001. С. 55.
48. Крюков В. Г. и др. Принципы рационального природопользования (на примере Хабаровского края). Хабаровск, 2000. С. 20.
49. Лесной комплекс Хабаровского края: основные направления развития. Хабаровск, 2001. С. 56.
50. Ишаев В. И. Особый район России. Хабаровск, 1998.С. 113-114.
51. Коптюг В. А. О разработке государственной (национальной) стратегии устойчивого развития России // Наука спасет человечество. Новосибирск, 1997. С. 258.
52. Галичанин Е. Н. Межрегиональные аспекты экономической реформы на Дальнем Востоке и Забайкалье. Хабаровск, 1998. С. 53.
53. Крюков В. Г. и др. Принципы рационального природопользования (на примере Хабаровского края). Хабаровск, 2000. С. 19.
54. Ишаев В. И. Особый район России. Хабаровск, 1998. С. 123-124.
55. Заусаев В. К., Леденев М. И., Быстрицкий С. П. Социально-экономическое развитие Дальнего Востока в условиях формирования рыночных отношений. Хабаровск, 1999. С. 209.
56. Федеральная целевая программа экономического и социального развития Дальнего Востока и Забайкалья на 1996-2005 годы (краткое изложение). Хабаровск, 1996. С. 31.
57. Заусаев В. К., Леденев М. И., Быстрицкий С. П. Социально-экономическое развитие Дальнего Востока в условиях формирования рыночных отношений. Хабаровск, 1999. С. 225-226.
58. Федеральная целевая программа экономического и социального развития Дальнего Востока и Забайкалья на 1996-2005 годы (краткое изложение). Хабаровск, 1996. С. 29.
59. Быстрицкий С. П., Заусаев В. К., Леденев М. И. Рыночные преобразования на Дальнем Востоке: противоречия, пути разрешения. Хабаровск, 1998. С. 36.
60. Галичанин Е. Н. Межрегиональные аспекты экономической реформы на Дальнем Востоке и Забайкалье. Хабаровск, 1998. С. 61.
61. Галичанин Е. Н. Межрегиональные аспекты экономической реформы на Дальнем Востоке и Забайкалье. Хабаровск, 1998. С. 65.
62. Корчмит В. А. Оленеводство Корякии: этапы развития, перспективы возрождения. Петропавловск-Камчатский, 2001. С. 315.
63. Галичанин Е. Н. Межрегиональные аспекты экономической реформы на Дальнем Востоке и Забайкалье. Хабаровск, 1998. С. 215.
64. Агропромышленный комплекс России. Сводные показатели по Российской Федерации. М., 2001. 466 с.
65. Фесик А. Тундра, однако, вымерла. // Двенадцать разгневанных стихий. Владивосток, 2002. Вып. 5. С. 48.
66. Корчмит В. А. Оленеводство Корякии: этапы развития, перспективы возрождения. Петропавловск-Камчатский, 2001. С. 321.
67. Корчмит В.А. Корякия: любовь и боль моя. Петропавловск-Камчатский, 2001. С. 120-121.
68. Устойчивое развитие цивилизации и место в ней России / Коптюг В. А., Матросов В. М., Левашов В. К., Демянко Ю. Г. Владивосток, 1997. С. 42.
69. Коптюг В. А. Возможна ли разработка стратегии устойчивого развития России в настоящее время? // Наука спасет человечество, Новосибирск, 1997. С. 279.
70. Эта статья была перепечатана в Хабаровске в последние годы: Меркулов С. Д. Искушение чужим хлебом. // Дальний Восток. 1994, № 3-4.
71. Коптюг В.А. Продовольственная безопасность: как достичь ее? //Наука спасет человечество. Новосибирск, 1997. С. 267.
72. Меркулов С. Д. Искушение чужим хлебом // Дальний Восток. 1994. № 3-4. С. 171.
73. Меркулов С. Д. Нужно ли облагать пошлиной Маньчжурское зерно // Вопросы колонизации Приамурского края. СПб., 1911. Вып. II. С. 33.
74. Меркулов С. Д. Искушение чужим хлебом // Дальний Восток. 1994. № 3-4. С. 162.
75. Меркулов С. Д. Русское дело на Дальнем Востоке // Вопросы колонизации Приамурского края. СПб. 1911. Вып. 2. С. 9.
76. Галичанин Е. Н. Основные положения президентской федеральной программы экономического развития Дальнего Востока и Забайкалья на 1996-2005 годы // Кооперация на пороге XXI века: Материалы международного научно-практического симпозиума. Хабаровск, 1996. С. 13.
77. Галичанин Е. Н. Межрегиональные аспекты экономической реформы на Дальнем Востоке и Забайкалье. Хабаровск, 1998. С. 294.
78. Галичанин Е. Н. Межрегиональные аспекты экономической реформы на Дальнем Востоке и Забайкалье. Хабаровск, 1998. С. 66.
79. Коптюг В. А. Возможна ли разработка стратегии устойчивого развития России в настоящее время? // Наука спасет человечество, Новосибирск, 1997. С. 280.
80. Ишаев В. И. Концепция развития Дальнего Востока России (научный доклад на президиуме РАН). Хабаровск, 2001. С. 8.
81. Быстрицкий С. П., Заусаев В. К., Леденев М. И. Рыночные преобразования на Дальнем Востоке: противоречия, пути разрешения. Хабаровск, 1998. С. 28.
82. Это и другие высказывания авторитетных американских аналитиков приводит один из самых известных советских диссидентов Рой Медведев в статье "Десять условий экономического прогресса в России" // Дальний Восток. 1999. №11-12. С. 196.
83. Коптюг В. А. О разработке государственной (национальной) стратегии устойчивого развития России // Наука спасет человечество. Новосибирск, 1997. С. 257.
84. Об итогах социально-экономического развития Хабаровского края в 2001 году и основных направлениях развития края на 2002 год. Хабаровск, 2002. С. 150; Итоги социально-экономического развития Хабаровского края за 2002 год и основные направления социально-экономической политики в 2003 году. Хабаровск, 2003 С. 128.
85. Об итогах социально-экономического развития Хабаровского края в 2001 году и основных направлениях развития края на 2002 год. Хабаровск, 2002. С. 51.
86. Итоги социально-экономического развития Хабаровского края за 2002 год и основные направления социально-экономической политики в 2003 году. Хабаровск, 2003. С. 4.
87. Там же. С. 5.
88. Агропромышленный комплекс России. Сводные показатели по Российской Федерации. М., 2001. 466 с.
89. Итоги социально-экономического развития Хабаровского края за 2002 год и основные направления социально-экономической политики в 2003 году. Хабаровск, 2003. С. 20.
90. Там же. С. 32.
91. Там же. С. 95.
92. Агропромышленный комплекс России. Сводные показатели по Российской Федерации. М., 2001. 466 с.
93. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Российской Федерации в 1994 году. М., 1995. С. 299.
94. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Российской Федерации в 1996 году. М., 1997. 508 с.
95. Доклад о состоянии окружающей природной среды Приморского края в 1995 году. Владивосток, 1996. 174 с.
96. Доклад о состоянии окружающей природной среды Магаданской области в 1996 году. Магадан, 1997. 77 с.
97. Доклад о состоянии окружающей природной среды в Амурской области за 1998 год. Благовещенск, 1999. 101 с.
98. Доклад о состоянии окружающей природной среды в Амурской области за 1996 год. Благовещенск, 1997. С. 26.
99. Доклад о состоянии окружающей природной среды Еврейской автономной области в 1996 году. Биробиджан, 1997. 62 с.
100. Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды Российской Федерации в 1996 году. М., 1997. 508 с.
101. Лесной комплекс Хабаровского края: основные направления развития. Хабаровск, 2001. С. 237.
102. Ишаев В. И. О социально-экономическом развитии Дальнего Востока и Забайкалья: Доклад Губернатора Хабаровского края в Анкоридже, США. 2002 г. Сентябрь.
103. Итоги социально-экономического развития Хабаровского края за 2002 год и основные направления социально-экономической политики в 2003 году. Хабаровск, 2003. С. 7.
104. Там же. С. 42.
105. Там же. С. 41.
106. Там же. С. 46.
107. Коротков Л. В. Все у нас хорошее: приезжайте - угощайтесь // Дальневосточный капитал. 2003. № 5. С. 56.
108. Ус В. Г. Сельские миллионеры в карточном домике // Дальневосточный капитал. 2003. № 5. С. 60.
109. Турков О. Сегодня - развитие. А завтра? // Дальневосточный капитал. 2003. № 5.
110. Карпенко Н. Б. Я тринадцатый по счету градоначальник Магадана // Дальневосточный капитал. 2003. № 5. С. 7.
111. Марценко В. Улучшения не предвидится // Дальневосточный капитал. 2003. № 5. С. 20.
112. Ишаев В. И. О социально-экономическом развитии Дальнего Востока и Забайкалья: Доклад Губернатора Хабаровского края в Анкоридже, США. 2002 г. Сентябрь.
113. Моисеенко В. Как вернуть к станку молодых // Дальневосточный капитал. 2003. № 5. С. 22.
114. Галушко Е. Кому здесь жить // Дальневосточный капитал. 2003ю № 5.
115. Галушко Е. Кому здесь жить // Дальневосточный капитал. 2003. № 5. С. 17.
116. Галушко Е. Кому здесь жить // Дальневосточный капитал. 2003. № 5. С. 17-18.
117. Галушко Е. Кому здесь жить // Дальневосточный капитал. 2003. № 5. С. 18.
118. Галушко Е. Кому здесь жить // Дальневосточный капитал. 2003. № 5. С. 16.
119. Галушко Е. Кому здесь жить // Дальневосточный капитал. 2003. № 5. С. 22.
120. Постановление Правительства Российской Федерации от 19 марта 2002 г. № 169 О федеральной целевой программе "Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Забайкалья на 1996-2005 и до 2010 года". М., 2002.
121. Постановление Правительства Российской Федерации от 19 марта 2002 г. № 169 О федеральной целевой программе "Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Забайкалья на 1996-2005 и до 2010 года". М., 2002.
122. Никитин И. Чукча в чуме ждет американского рассвета // Дальневосточный капитал. 2003. № 5. С. 13.
123. Ишаев В. И. О социально-экономическом развитии Дальнего Востока и Забайкалья: Доклад Губернатора Хабаровского края в Анкоридже, США. 2002 г. Сентябрь.
124. Ишаев В. И. О социально-экономическом развитии Дальнего Востока и Забайкалья: Доклад Губернатора Хабаровского края в Анкоридже, США. 2002 г. Сентябрь.
125. Лесной комплекс Хабаровского края: основные направления развития. Хабаровск, 2001. С. 52.
126. Лесной комплекс Хабаровского края: основные направления развития. Хабаровск, 2001. С. 54.
127. Фроянов И. Я. Погружение в бездну. М., 2001. С. 509-510.
128. Сулакшин С. С. Измена. М., 1998. С. 68.

КОНТРОЛЬ ЗНАНИЙ СТУДЕНТОВ

Вопросы входного контроля:

Нужно ли было реформирование советской экономики?

а) да;

б) нет;

в) нужно, но не такое.

Оценка результатов реформирования:

а) катастрофа;

б) неизбежный спад перед подъемом;

в) мы получили то, что заслужили.

Вопросы текущего контроля:

Каково должно быть соотношение между государственной и частной собственностью в России?

а) 75% / 25%;

б) 50% / 50%;

в) 25% / 75%.

Почему не идут инвестиции в дальневосточную, равно как и в российскую, экономику?

а) нет приемлемой законодательной базы;

б) нет доверия к российским партнерам;

б) виной - наши удорожающие факторы.

Вопрос Спиридона Меркулова сто лет спустя: открытые экономические границы или закрытые?

а) открытые - это решение проблемы обеспечения продовольствием и рабочей силой;

б) закрытые - это решение проблемы русского денежного, промышленного, человеческого и военного присутствия России в регионе;

в) нужны регулируемые таможенные барьеры; пошлины должны быть близкими к запретительным.

Вопросы выходного контроля:

В чем причина обвала дальневосточной экономики с началом рыночных реформ?

Дальше

Оформление - Julia
наполнение - Салина Е.Ю. и Салин М.Ю.
автор материалов - Салин Ю.С.